Петербург. В саду геральдических роз

Объявление


Восхитительный, упоительный момент проверки на мужество, на то - чей дух крепче - человека ли отнявшего добычу, или десятков распаленных гоном собак, секунда, и...
Евгений Оболенский

Никогда в жизни еще Стрекаловой не было так страшно, как сейчас наедине с кузинами! Она даже разозлилась на себя за это. Ну что, разве съедят они ее, в самом деле? А захотят попробовать, так мы тоже кусаться умеем!
Софья Стрекалова

Рейтинг форумов Forum-top.ru
Palantir



Гостевая История f.a.q. Акции Внешности Реклама Законы Библиотека Объявления Роли Занятые имена Партнеры


Система: эпизодическая
Рейтинг игры: R
Дата в игре: октябрь 1843-март 1844



07.09. Идёт набор в админ-состав!

07.07. ВНИМАНИЕ! НА ФОРУМЕ ПРОВОДИТСЯ ПЕРЕПИСЬ!

07.01. Администрация проекта от всей души поздравляет участников и гостей форума с Новым годом и Рождеством!

17.11. НАМ ПЯТЬ ЛЕТ!

14.05. Участвуем в Лотерее!

23.03. Идет набор в игру "Мафия"!

05.02. Внимание! В браузере Mozilla Firefox дизайн может отображаться некорректно, рекомендуем пользоваться другим браузером для качественного отображения оформления форума.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Петербург. В саду геральдических роз » Завершенные истории » 6.01.1837. «Я понял вас; вы правы - вы свободны»


6.01.1837. «Я понял вас; вы правы - вы свободны»

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

I. Участники: Алина Репнина и Александр Романов
II. Место действия: Зимний дворец
III. Время действия: 6 января 1837 года, вечер
IV. Краткое описание сюжета (2-3 предложения вполне хватит):
Китайский маскарад в Зимнем дворце. Наследник престола надеется, что в этот день княгиня Репнина ответит ему взаимностью, а Алина Николаевна принимает совсем иное решение. Но как известно: когда закрываются одни двери - открываются другие.

Ассоциация

Вы говорили мне - что мы должны расстаться -
Что свет нас осудил - что нет надежды нам;
Что грустно вам - что должен я стараться
Забыть вас,- вечер был; по бледным облакам
Плыл месяц; тонкий пар лежал над спящим садом;
Я слушал вас, и все не понимал:
Под веяньем весны, под вашим светлым взглядом -
Зачем я так страдал?

Я понял вас; вы правы - вы свободны;
Покорный вам, иду - но как идти,
Идти без слов, отдав поклон холодный,
Когда нет мер томлениям души?
Сказать ли, что люблю я вас... не знаю;
Минувшего мне тем не возвратить;
От жизни я любовь не отделяю -
Не мог я не любить.

Но неужель все кончено - меж нами
Как будто не бывало милых уз!
Как будто не сливались мы сердцами -
И так легко расторгнуть наш союз!
Я вас любил... меня вы не любили -
Нет! Нет! Не говорите да! - Меня
Улыбками, словами вы дарили -
Вам душу предал я.

Идти - брести среди толпы мне чуждой
И снова жить, как все живут; а там
Толпа забот - обязанности - нужды,-
Вседневной жизни безотрадный хлам.
Покинуть мир восторгов и видений,
Прекрасное всем сердцем понимать
Не в силах быть - и новых откровений
Больной душе напрасно ждать -

Вот что осталось мне - но клясться не хочу я,
Что никогда не буду знать любви;
Быть может, вновь - безумно - полюблю я,
Всей жаждой неотвеченной души.
Быть может, так; но мир очарований,
Но божество, и прелесть, и любовь -
Расцвет души и глубина страданий -
Не возвратятся вновь.

Пора! иду - но прежде дайте руки -
И вот конец и цель любви моей!
Вот этот час - вот этот миг разлуки...
Последний миг - и ряд бесцветных дней.
И снова сон, и снова грустный холод...
О мой творец! не дай мне позабыть,
Что жизнь сильна, что все еще я молод,
Что я могу любить!

(с) И.Тургенев

Отредактировано Александр Романов (2013-12-15 23:41:58)

+1

2

Последние несколько дней Александр только и слышал что о предстоящем китайском маскараде – «бобовом празднике» - который устраивали в Зимнем. Особенно много о нем щебетала неугомонная Мэри. Каждый день после занятий с дядей Карлом, она бежала восторженно делиться своими впечатлениями от пе-де-де – остроумной пантомимы, которая Ольге, еще одной сестре цесаревича, показалась очаровательной, а вниманием самого наследника однако совсем не завладела. Маскарада он ожидал не ради того, чтобы в которой раз все восхитились его младшей сестрицей. Но на нем будет присутствовать та женщина, которая завладела его вниманием на несколько последних недель. Вот уже больше месяца молодой наследник слал Ей подарки и маленькие умилительные записки; при встрече с Ней распылялся в самых изящных комплиментах и самых искренних признаниях. В ответ получал улыбки и нежные взгляды, но… Но влюбленному этого было недостаточно. Со свойственной горячностью юного сердца, Александр жаждал большего, и именно на предстоящий маскарад он возлагал все свои надежды.
***
И вот в залу, наполненную ярким светом тысячей свечей и громкой музыкой, зашел «начальник гвардии Его Величества бобового короля». Страстный любитель военного дела во всех его проявлениях, даже на маскараде он не пожелал расставаться с ролью человека в форме.
Вот промелькнули в ярких китайских платьях девушки, изображающие придворных дам королевы Ло-ти, среди них Ольга Николаевна и еще одна особа, которую цесаревич не смог узнать, хотя эти голубые глазки показались очень знакомыми. А вот и сама «королева». В очередной раз испепеляет его взглядом.
«И когда, княжна, Вы перестанете меня ненавидеть?»
Мария Трубецкая, забытая любовница цесаревича, удостоилась от него лишь жалостливого взгляда и легкого кивка. Женщина, которую он упорно искал среди гостей, выдворила из сердца наследника фрейлину Трубецкую.
Но отправимся дальше вслед за Великим князем. Вот инспектриса вееров, а рядом инспектриса зонтиков – Императрица и Великая княгиня Елена Павловна стояли рядом, о чем-то переговариваясь. Пришлось подойти и учтиво поцеловать женщинам руки. А дальше – вновь окунуться в толпу «китайских придворных». Вновь искать ее взглядом, но все время находить не ту…
Как вдруг! Александр порывисто в несколько шагов преодолел расстояние, которое разделяло их, словно боясь, что она исчезнет подобно миражу.
-Княгиня, - оказавшись рядом, он поднес ее ручку к губам, оставив на женских тонких пальчиках поцелуй, длившийся дольше положенного. А когда губы оторвались от бархатистой нежной кожи, он не отпустил ее руки, а лишь сильнее сжал ее в своей ладони, совсем забывая, что они посреди бального зала, наполненного людьми, а где-то рядом, возможно, ее муж, который в любую минуту может подойти. Но разве имело сейчас это значение, когда только лишь один ее взгляд будоражил его кровь и сводил с ума, напрочь лишая рассудка?
-Я боялся, что Вы не придете. Или что я не смогу найти Вас в этой толпе. А Вы… Вы как всегда прекрасны. Прекраснее всех, в этой зале.

Отредактировано Александр Романов (2013-12-19 18:39:41)

+2

3

наряд;

В разлуке есть высокое значенье:
Как ни люби, хоть день один, хоть век,
Любовь есть сон, а сон - одно мгновенье,
И рано ль, поздно ль пробужденье,
А должен наконец проснуться человек...
— Фёдор Тютчев

Тонкие бледные пальцы плавно скользят по китайскому шелку, - нежнейшая ткань цвета спелой вишни. Взгляд слегка рассеянно падает на затейливые узоры, вышитые золотой ниткой, и губы отчего-то складываются в легкой полуулыбке. Ткань приятно ластится к телу, мягко заключая в свои ненавязчивые объятия. Чудесное одеяние, - наверное, и сам маскарад будет не менее хорош. Даже несмотря на то, что этим вечером предстоит завершиться пусть и недлинному, но бесконечно приятному этапу её жизни.
— Voilà!  Vous êtes éblouissante, madame la princesse, —горничная-француженка только что закончила укладывать её длинные цвета воронового крыла волосы в причудливую прическу, идею для которой подала молоденькая портниха в ателье madame N. Кажется, она сказала, что так убирали волосы знатные женщины империи Цин в начале прошлого столетия, и, вероятно, мода в Поднебесной с тех пор не слишком изменилась.
— Merci, ma chère. Vous êtes libre, je vais terminer moi-même, —княгиня Алина Николаевна Репнина, облаченная в наряд китайской женщины знатного рода встает с мягкого сидения, и окидывает свое отражение в зеркале довольным взглядом. Все же, хорошо, что кому-то пришло в голову устроить вместо обыкновенного бала столь интересное событие. Теперь лишь не терпится взглянуть, что наденут светские модницы.
— Comme vous voulez, madame. Девушка вышла, а Алина, еще на мгновение задержалась у зеркала в тяжелой раме, и, взяв на ходу со столика веер, тоже покинула комнату, думая, что карету уже подали, и Петр, наверняка, ждет внизу.
— Прости, любовь моя, я задержалась, —сладко пропела княгиня Репнина, спускаясь с лестницы. По её тону, как это часто бывало, нельзя было сказать, шутлив он или серьезен, а потом Петр Александрович лишь изобразил на лице некое отдаленное подобие улыбки, и подал супруге руку, дабы проводить до кареты.

***
Войдя в залу под руку с мужем, Алина на секунду остановилась, разглядывая открывшееся взору великолепие. Просторное светлое помещение было богато убрано в китайском стиле, и уже было полно гостей, надушенных, напудренных и разряженных в пестрые одежды. Придворные дамы сменили тугие корсажи и пышные юбки на ханьфу и ципао, а мужчины напоминали ожившие иллюстрации из одного учебника по истории древних цивилизаций, что князь Измайлов когда-то привозил своей дочери из Англии.
—Превосходно, ты не находишь? —княгиня взглянула на мужа, успев приветливо улыбнуться прошедшей мимо графине Бобровской, с которой училась вместе в Смольном.
— О, я вижу madame la grande-duchesse, следует поприветствовать её, —Алина, чуть приподняв брови, воззрилась на мужа, который, кажется, только что хотел предложить то же самое, только вместо Великой княгини Елены Павловны использовать имя одного из тех почтенных генералов, что стояли у ближайшей стены и, кажется, не совсем удобно чувствовали себя в костюмах китайских воинов, так отличных от русских мундиров.
— Ты знаешь, я простой военный, и общество особ императорской крови не для меня. Странно, но Алине всегда казалось, что даже невинная ирония из уст её мужа звучало как-то… недобро. Помнится, на заре их супружества, молодую княгиню это иногда пугало, теперь же Алина иногда ловила себя на мысли, что так, пожалуй, даже лучше. По крайней мере, отец сумел выбрать ей мужчину с твердым характером.
— Как пожелает мой достопочтенный супруг, —Петр запечатлел беглый поцелуй на руке супруги, — Только, Бога ради, будь осторожен: фрейлины нынче слишком легко увлекаются офицерами, пусть даже отставными.
И, обнажив свои прелестные белые зубки в улыбке, Алина Николаевна поспешила удалиться, предоставляя супругу провести вечер в приятной беседе с кем-нибудь из сослуживцев, или же во флирте с какой-нибудь прелестницей. Так почти в каждое их появление на большом балу, и лишь время от времени (исключительно для сохранения приличий), князь и княгиня Репнины танцевали вместе пару туров вальса.
Алина собиралась было отыскать в толпе одну из своих приятельниц, - то бессознательно пыталась она оттянуть тот момент, когда разыщет в толпе наследника российского престола, дабы объявить ему, что не смеет более принимать знаки его внимания. Нет-нет, она вовсе не передумала, и даже не осознала с роковой внезапностью, что не в силах отпустить Александра, - подобные объяснения всегда давались Алине с трудом, ибо нет зрелища менее приятного, чем агония любви, пусть и мимолетной.
Но она не успела совершить задуманное, ибо Александр сам нашел её. Княгиня едва ли не вздрогнула, услышав за спиной знакомый голос, принадлежавший цесаревичу, а после, протянув ему руку для поцелуя, успела заметить, что «лишние» несколько мгновений, что задержались губы Александра на её коже, по-прежнему были исполнены тонкого, волнительного очарования.
— Ваше Высочество, — Алина улыбнулась, глядя в голубые глаза наследника, и осторожно высвободила пальцы из его руки. — А Вы как всегда чудовищно галантны.
Действительно, Александр был одним из самых обходительных мужчин, что приходилось Алине встречать в своей жизни. И, что таить греха, ей льстило его внимание. Особенно, в те моменты, когда ловила она подозрительные взгляды фрейлин, что так отчаянно стремились привлечь внимание Великого князя.
— Я рада видеть Вас, Ваше Высочество, – наконец, произнесла Алина, не отводя глаз от наследника.

+3

4

Вот она стоит перед ним. Ее большие голубые глаза прямо смотрят на него. На алых губах играет еле уловимая легкая улыбка. Голос нежно ласкает слух. Ладони все еще хранят прохладу ее рук, которые, впрочем, она столь поспешно убрала, но об этом немного позже.
Не этого ли он хотел несколько мгновений назад? Найти ее среди толпы гостей, увидеть, услышать, прикоснуться… Но все равно что-то не то. Александр чувствовал, как теряет ту уверенность, с которой искал ее в зале, чтобы увести ее и сказать… а, собственно, что сказать? Этот вопрос глухим эхом отозвался в голове юноши. Собираясь сегодня на маскарад, наследник престола точно знал, что хочет сказать княгине, а, самое главное, что хочет услышать из ее манящих уст в ответ.
Но возвращаясь к ее прелестным изящным пальчикам: когда она поспешила высвободить их из рук Александра, его словно окатило ушатом холодной воды. Не очень ли он горячится? Не очень ли спешит? А может, теперь она будет сердиться, что он смеет так нескромно вести себя с ней на глазах у многочисленных придворных, ведь нельзя забывать, что Алина Николаевна замужем. А что было в ее последней фразе: искренняя радость от встречи или простая условность, светская учтивость? Так же она рада его видеть, как и он ее?
Слишком много вопросов для того, кто никогда не терялся в обществе молоденьких красавиц. Александр Николаевич к своим девятнадцати годам уже успел дать повод придворным зевакам для сплетен про своим романы с фрейлинами государыни императрицы. При том несколько его увлечений отличались от простых краткосрочных связей своими необычными историями, будь то слухи про то, что нынешняя жена русского посла в Англии мечтала впору девичества женить на себе еще тогда несовершеннолетнего престолонаследника, или про то, отчего же цесаревич оставил несчастную княжну Трубецкую: из-за новой влюбленности или это постарался адъютант и лучший друг цесаревича, который, как ходят слухи… А впрочем, оставим эти пересуды, бог с ними. Ведь к тому они здесь были пересказаны, чтобы уловить ту необъяснимую, совсем непонятную и уж точно совершенно непривычную нашему горою тревогу, которую внезапно он испытал рядом с княгиней Репниной.
-Не окажите мне честь, Алина Николаевна, и не подарите следующий танец?
Наверное, сейчас это было лучшее, что мог сделать Александр, чтобы успеть привести мысли в порядок и вернуть былую решимость, и в тоже время не отпускать от себя Алину.
Цесаревич протянул даме руку и мягко улыбнулся, той самой обаятельной, кроткой улыбкой, которая всегда западала в душу собеседникам, вызывала восторги и даже томные вздохи, если, конечно, обращена была к особам столь любимой прекрасной половины человечества.

Отредактировано Александр Романов (2014-01-20 17:16:37)

+3

5

Её душа была сотворена для сильных чувств. По крайней мере, так самой Алине казалось всю жизнь. Она нелегко привязывалась к людям, но, если такое случалось, то это было навсегда. Дружила с единицами, но так, что до гробовой доски. И ненавидела так же – с кровью этот яд прогоняла по венам через все тело. Кажется, в этом списке не хватает только любви, такой, чтобы, как в Писании, была «крепка как смерть», не находите? Вот только в жизни Алины Николаевной Репниной это место было занято страстью. Так было легче, почти совсем не больно, - только и знай, что, словно танцуя, бросайся из одного пламени в другое, и вовремя уходи, пока оно не обратилось в пепел.
Из романа с наследником российского престола могла, пожалуй, получится красивая история. В ней было бы до неприличия много клише: «будущий император», «его поданная», «замужем», «долг перед Отечеством», «не могут быть вместе»… Да, и впрямь, много. Но, все же, наверное, только такая любовь и могла увлечь Алину, с головой захватить и заставить забыть о собственном эгоизме, возведенном в абсолют. Быть может, именно поэтому, лишь завидев в голубых глазах Александра признаки искренности, этого вопиющего нарушения правил дворцовой жизни, Алина и решила в один вечер завершить то, что еще не успело начаться.
Не ответила на приглашение, лишь белую руку протянула, позволяя императорскому сыну увести себя в центр зала, туда, где уже кружились пары. Это был во всех отношениях странный вечер, и не только потому, что русский двор был одет по китайской моде прошлых столетий, так что, пожалуй, не случится ничего ужасного, если она украдет еще несколько минут этого чарующего ощущения, что не покидало её в обществе Александра.
– Вам замечательно идет военная форма, Ваше Высочество, даже китайская, –наконец, нарушила молчание Алина Николаевна, и в её фразе не было ни лести, ни смущения. Ей просто захотелось сказать именно это, возможно, чтобы попросить прощения за то, что так скоро высвободила руку из пальцев наследника при приветствии. А, может, и по другой причине: в конце концов, Алина слишком редко сознавала себя виноватой хоть в чем-то.
В словах снова возникла пауза, но она не ощущалась так явственно теперь, когда они слились с толпой танцующих, где всякий окончательно лишался надежды узнать и риска быть узнанным. Алина чувствовала достаточным лишь слегка улыбаться, не отводя и не опуская глаз. Кто-то бы из дам, наверняка, бы сказал, что это всё неправильно и глупо, и что негоже отказываться от ухаживаний будущего государя, тем более, когда тот молод и хорош собой. Княгиня наградила бы дурочку презрительной усмешкой: негоже видеть императора в мужчине, когда можно увидеть мужчину в императоре.
– Какое чудо, что наших мыслей не могут слышать посторонние, – подумалось вдруг, и Алина улыбнулась: то ли своим размышлениям, то ли мужу, с которым на мгновение пересеклась взглядами, и от которого сей же момент почти что демонстративно отвернулась.
– Вы знаете, Ваше Высочество, я здесь, конечно, потому, что хорошей жене полагается всюду следовать за супругом, – из её уст это звучало неплохой шуткой, пожалуй, – Но в большей степени потому, что я хотела Вас увидеть и… поговорить.
–Ох, Алина, ты вполне могла бы потерпеть до конца вечера, чтобы не портить такое блистательное действо, – собственный голос с привычными нотками едкой иронии раздался в голове, и княгиня на мгновение сжала пальцы на плече Александра. Всего лишь на мгновение, а после снова улыбнулась. На этот раз не ему, - самой себе.

+2

6

Юность прекрасна тем, что ей свойственна очаровательная в своей простоте и непринужденности легкость решений. Настроение, мысли могут меняться как по волшебству, стоит лишь что-то заметить, или заставить себя поверить в то, что ты это увидел. Минуту назад он был раздавлен внезапной холодностью Алины, потерял всякую решимость лишь от одного движения ее руки. И хватило лишь одной ее улыбки, пары слов, обращенных к нему, чтобы Александр вновь обрел уверенность: сегодня тот самый день, когда мечты станут явью.
Будь он чуть более сдержан или имей за плечами опыт, не ограничившийся фрейлинами, которые не отказывали, да и не желали отказывать Великому князю, он бы обязательно заметил в этих больших глазах-сапфирах, что в них нет отражений его собственных чувств. Вряд ли, конечно, их можно было назвать любовью, но он был близок к ней, если бы только суждено ему сегодня было получить иной ответ…
Первые ее слова, в которых столь отчетливо прозвучало слово «муж» улетучились, не задерживаясь в мыслях Александра. Точно также до этого он не обратил внимания и на то, с кем княгиня Репнина успела обменяться взглядом.
-Я тоже, - она улыбалась сама себе, но цесаревич был уверен, что алые уста растягиваются в этой манящей улыбке сейчас именно для него, даря надежду, заставляя решительно действовать, не боясь отказа. – Я тоже искал Вас для того, чтобы поговорить.
Уловив удачный момент, крепко сжимая ее ручку, он спешно повел Алину из залы. В веренице придворных, разодетых в пестрые костюмы, кружащихся в танцах или развлекающихся в пустых светских беседах, едва ли кого-то заинтересовала сбегающая парочка. А если бы и заинтересовала, то наследнику было бы все равно. Будучи в плену собственных желаний, он никогда не думал о том, что его безрассудство может стать причиной чьих-то бед.
И вот перед ними огромная дверь с золотистым орнаментом, за ней пустующая комната, небольшая, но меблированная со вкусом. Горит несколько свечей, создавая полумрак.
Выпустив ручку Алины, Александр плотно прикрыл за собой дверь и развернулся, жадно став изучать взглядом красивое лицо княгини.
-Вы хотели говорить со мной, - он медленно приблизился к молодой женщине, и вновь ее руки оказались в его ладонях. Он не грубо, но настойчиво сжимал ее пальчики, не желая вновь выпускать их. – Но Вы позволите мне сказать первым? Вы должны услышать сначала все, что я хочу Вам сказать. Уже давно хочу. Едва ли ни с той самой минуты, когда впервые увидел Вас.

Отредактировано Александр Романов (2014-02-03 11:25:12)

+1

7

Она любила нравиться людям, это правда, но куда больше ей нравилось разбивать сердца. Лет с шестнадцати, с тех пор, как впервые осознала свою внешнюю привлекательность, Алина Николаевна развлекалась тем, что очаровывала мужчин, а после, когда чувствовала, что жертва загнана в капкан, легко и непринужденно указывала несчастному на дверь, не оставляя ни малейшей надежды на взаимность. Эта невинная забава спасала от скуки и добавляла пикантности в непростые отношения Алины с супругом, да и со светским обществом, в целом, а потому она никогда не видела ничего зазорного в том, чтобы играть чужими чувствами. Лишь только однажды она задумалась о том, что делает кому-то больно, но то было давно, и то была другая Алина, - маленькая, влюбленная глупышка, которая очень дорого заплатила за свою слабость.
Ждала ли она объяснения от Александра? Скорее, просто знала, что оно последует. Потому что уже хорошо знала мужчин, и потому, что слишком хорошо знала (впрочем, как и весь двор), как легко наследник престола бросается в пучину чувств. Для него, наверное, и слова-то эти ничего не значат уже давно, но, все же, что-то заставляло Алину одновременно хотеть их услышать и желать не допустить этого. Пожалуй, Александр был лучше них, лучше тех, других, которых она жалеть не привыкла. И, наверное, он заслужил чего-то большего, чем глупое кокетство фрейлин его маменьки, или легкомысленная игра замужней женщины.
Она, не противясь, позволила цесаревичу вывести себя из залы, -  в конце концов, публичные сцены – это так избито и вульгарно. Лучше сбежать от чужих глаз в полумрак небольшой комнаты, одной из множества, пустующих во время большого торжества, и с улыбкой подождать, пока Александр затворит за вами дверь.
- Да, хотела, – отвечает Алина, но медлит с продолжением, чувствуя, как Александр сжимает её пальцы в своих. А, может, это все – вздор, напрасные сомнения? Почему не пленительному чувству увлечь себя? Почему не дать Александру шанса? Пусть даже из этого не выйдет ничего путного, что она ещё может потерять? - Воля Ваша: говорите, Ваше Высочество.
Ах, нет, вспомнилось вдруг лицо Андрея, и показалось на мгновение, что Его Высочество имеет какое-то фатальное сходство с молодым князем Вяземским. Алина чуть вздрогнула, и снова высвободила пальцы из теплых ладоней Александра, думая, что зря пришла, и, тем более, напрасно позволила ему начать этот разговор. Можно было просто исчезнуть из дворца на месяц-другой, до тех пор, пока место в его сердце не заняла бы очередная красавица. Но нет, тогда Алина не была бы собой.
- Хотя нет, не стоит, – в следующее мгновение выдохнула княгиня Репнина, встречаясь взглядом с наследником, и тут же отворачиваясь от него. - Я знаю, что Вы хотите сказать, Ваше Высочество, и не думаю, что Вам следует это делать.
Она уперлась взглядом в плотно зашторенное окно, словно разглядывая в нем ночной сад, скрытый гардиной, однако спиной, обнаженной кожей плеч ощущала на себе колючий взгляд Александра, который, вероятно, был поражен внезапной сменой настроения Алины. Несколько раз хотела было развернуться, бросить ему в лицо «прощайте» и унестись стремительно обратно, в залу, к мужу – куда угодно. Но она ведь не была сентиментальной барышней, что убегает прочь. А потому лишь вздернула гордо подбородок и с легкой улыбкой, которую, впрочем, Александр не мог видеть, негромко спросила:
- А сейчас Вы позволите мне уйти, Ваше Императорское Высочество?

+2

8

Неужели можно было так обмануться? Вот же, всего лишь секунду назад, она стояла так близко, а в ее глазах – о, Саша был уверен в этом, - он видел желание услышать о его чувствах и ответить ему взаимностью. И какое-то жалкое мгновение, словно резкая вспышка, и вот она уже стоит спиной к нему, спрашивая разрешения уйти, словно ничего и не было, а ему просто показалось…
Отпустить ее? Позволить оставить его наедине с бушующими в груди чувствами? Нет, и следом за осознанием того, что он не в силах сейчас позволить ей уйти, Александр порывисто выкрикивает:
-Нет! - а в следующую секунду уже корит себя, что был так резок. Кем бы он ни был, но он не имеет права принуждать ее к чему-либо. Если она хочет уйти, он не посмеет заставить ее остаться. Но вот правда она этого хочет, или просто боится? Боится остаться с ним. Боится ответить взаимностью. Боится того, что неминуемо последует за всем этим. Едва ли княгиня Репнина была той женщиной, которая чего-то боялась в этой жизни, но юный цесаревич успел понять кое-что самое главное о таинственной женской натуре: ее невозможно разгадать, и порой самые неожиданные открытия о себе может преподнести любая из дочерей Евы.
-Простите, я не должен был, - после короткой паузы уже спокойнее сказал наследник, медленно обойдя княгиню. Встав напротив Алины, он попытался поймать ее взгляд. – Если Вы желаете уйти, я не буду Вас держать. Вы вольны поступить так, как сочтете нужным.
Еще один шаг, чтобы оказаться совсем близко от нее, чтобы она почувствовала на своей нежной коже его теплое дыхание. Прекрасное лицо было на опасно близком расстоянии, чуть-чуть склонить свою голову – и он сможет прикоснуться к ее губам поцелуем. Но что-то удерживает, хотя внутри все содрогается от невыносимого желания заключить ее в объятия, которые будут красноречивее любых слов.
-Но, если в Вас есть хоть капля сострадания, - хрипловатым от волнения голосом продолжил Александр, смотря прямо в голубые глаза Алины. – Если Вы чувствуете ко мне хоть малую долю того, что чувствую я к Вам, останьтесь. Хотя бы ради того, чтобы ответить мне: почему? Почему Вы столь жестоки ко мне? Неужели я совсем безразличен Вам?

Отредактировано Александр Романов (2014-02-21 18:36:54)

+1

9

Его резкое «нет» вспарывает повисшую всего лишь на несколько мгновений тишину. Алина не вздрагивает, не делает ни шага, ни жеста, только чуть устало прикрывает глаза, думая, что зря позволила этому фарсу состояться. Хочет повернуться, бросить ему в лицо что-нибудь очень ядовитое и непозволительно-дерзкое по отношению к будущему император, но отчего-то передумывает. При нынешних обстоятельствах это ведь тоже стало бы своего рода атрибутом дешевой драмы. А такого княгиня Репнина себе позволить не могла.
- Что Вы, не стоит извинений, – всё же не смогла сдержать ноток недоброй иронии в голосе, когда Александр, обойдя её, встал напротив, и по лицу заскользил пытливый взгляд его голубых глаз. - À la fin des fins, Вы – мой государь, а я – лишь смиренная поданная. Возможно, с её губ могло сорваться еще с десяток подобных фраз, - Алина так хорошо умела их находить, так, чтобы сделать больно, унизить, задеть самолюбие, - да все, что угодно. Но Александр был уже слишком близко, и невыносимое благородство его черт заставило её замолчать, и, широко распахнув синие глаза, смотреть на него, чувствуя, как по коже медленно расползается тепло его дыхания.
- Если бы Вы были мне совсем безразличны, я бы не пришла. Она усмехается без малейшего намека на шутливость. Ведь правда, людей, не волновавших её, княгиня Репнина никогда не удостаивала своим вниманием. Например, тот красивый преображенец, что нынче вечером, когда Алина под руку с супругом появилась в бальной зале, подошел засвидетельствовать своё почтение князю Репнину. Он ведь не думал, что дошедшие до Алины слухи об определенного рода неприятностях, постигших его по её вине, тронут душу княгини настолько, что она совершит нечто большее, чем холодно поприветствует, машинально протягивая руку для поцелуя?..
- Сейчас Вам, кажется, что Вы влюблены, – Алина почти что ласково касается пальцами щеки юноши, - Но, поверьте, это лишь иллюзия. А, даже если, и так… Это пройдет, поверьте. Как проходит всё в этой жизни.
Княгиня улыбается, на этот раз совсем иначе, - с каким-то еле различимым оттенком теплоты. Её вдруг поразила та искренность, с которой Александр смотрел на неё. Он ведь так обласкан женским вниманием, избалован им, и где-то глубоко внутри осознает, что может получить любую красавицу, какую только пожелает. Сколько у него их было? Если верить слухам, больше, чем о том позволяют говорить приличия. И неужто с каждой он такой? Коли так, Алина позавидовала бы ему – право, в этой жизни лучше сгореть до тла, чем перегорать с завидным постоянством.
- Надеюсь, я не имела несчастья обидеть или оскорбить Ваше Высочество, – она отдергивает пальцы от его лица и отходит на пару коротких шагов назад, чтобы своею близостью, пусть даже и невольной, не дать Александру повода думать, что всё это – всего лишь хитрая игра, затеянная женщиной, чтобы сильнее разжечь страсть в мужчине.
Теперь только выслушать, вынести то, что он пожелает сказать в ответ. Ведь Алина прекрасно сознает, что Александру никогда не хватило бы благоразумия позволить словам женщины быть последними в этом разговоре. Что ж, сейчас уже все равно. Пусть говорит. Она больше не позволит надежде в его груди затеплиться с новой силой.

+1

10

Пройдет несколько лет, и при случайной встрече с княгиней Репниной цесаревич будет с легкой улыбкой вспоминать, как сбивалось дыхание при прикосновении ее пальчиков к его лицу. Будет учтиво приветствовать ее кивком головы или уже не вызывающим былого волнения в груди поцелуем ее изящной руки, и со смехом думать, каким же глупым мальчишкой он, наверное, ей казался в тот момент. Тогда же он поймет, что Алина была права. Его чувства – были лишь иллюзией. Одно из многих его увлечений. Такое же, как и все предыдущие. Хотя нет. Все же немного другое. Хотя бы потому что ей он позволит уйти. Впрочем, об этом сказать следует немного позже. А сейчас надо вернуться в комнату, в которой Александр стоит, с болью в сердце слушая, что его чувства к ней обязательно пройдут и не веря в это. Можно было бы предположить, что княгиня просто не хочет стать одной из многих, поэтому отвергает его, пока еще не поздно. Тогда можно было бы начать ее убеждать в том, как она ошибается. Ведь она не одна из многих – она особенная.
Но ее глаза отчетливо дают понять, что это не так. Если бы она хотела – ее бы ничто не остановило: ни репутация наследника, ни страх перед грозным императором, которого не радуют увлечения сына, ни мнение света, ни даже наличие супруга. Но ей не нужен был этот роман. Ей не нужен был он с его чувствами, какое бы явное удовольствие она не получала, ловя на себе завистливые взгляды молоденьких фрейлин, мечтавших оказаться на ее месте. Саша с вымученной улыбкой посмотрел, как она отдаляется от него на несколько коротких шагов.
-Нет, скорее, это я Вас оскорбил, так бесцеремонно уведя из бального зала, - сердце разрывалось на куски, с губ были готовы срываться фразы о его чувствах, о ее жестокости и несправедливости. Но он предпочел холодную сдержанность, как бы тяжело это ни было горячей натуре будущего самодержца, почти не умеющего прятать все, что творится в сердце.
-Свет может осудить Вас лишь за то, что вы все это время находились рядом со мной наедине. И это будет моя вина. Но я надеюсь, Вы простите мне это, - секундное молчание, взгляд останавливается на красиво очерченных губах, и в голубых глазах наследника что-то вспыхивает. – А также и это.
В одно мгновение оказавшись рядом с Алиной, он рывком привлек женскую фигурку к себе и жадно прильнул к ее губам поцелуем. В сказках они, поцелуи, творят чудеса. Будят спящих красавиц, снимают проклятия, возвращают к жизни. Но Александр уже не тешил себя глупыми надеждами, что и в этот раз случится чудо и его объятия заставят ее передумать. Просто целовал ее, запоминая этот дурманящий, сводящий с ума вкус женских губ, не думая ни о чем и ни на что уж не надеясь. Дальше, рискуя получить заслуженную пощечину за свою непозволительную дерзость, цесаревич разомкнул руки и отстранился от Алины.
-Теперь Вам и правда лучше уйти, - переведя дыхания, сказал Саша и нервно усмехнулся. – Иначе я могу передумать и не захочу отпускать Вас.

+1

11

Ждала ли Алина от Александра обычной реакции отвергнутого влюбленного? Едва ли. Но то, как переменился он в один миг, сделавшись вдруг почти спокойным, её удивило. Она не стала отвечать на сказанное им, даже не кивнула в ответ и не подняла руки, чтобы жестом просить его остановить этот ненужный поток бессмысленных слов. Не меняя выражения в лице, не улыбнувшись даже княгиня стояла и ждала, пока Александр закончит, облегчит душу и даст ей возможность уйти.
Он так и сделал. Нервно усмехнулся и, глядя ей прямо в глаза, сказал, что она может быть свободна. Но не сразу. Прежде, чем этой последнюю фразой поставить точку в короткой истории их мимолетного увлечения друг другом, Александр стремительно шагнул ей навстречу, в одно движение покрыв то небольшое расстояние, на которое Алина отступила от него несколько мгновений ранее. Приблизился и сжал в объятиях, оставляя на губах княгини сладкий привкус своего прощального поцелуя.
Алина не оттолкнула его, но и не обняла в ответ, не стала целовать, а лишь позволила губам Александра касаться своих, без удивления, но с некоторой долей сожаления признаваясь себе в том, что не чувствует ровным счетом ничего. Ведь, если бы и были у неё чувства к наследнику, пусть бы и спрятаны они были на самом дне души, сейчас они должны были бы открыться. Но того не случилось. И спасибо Господи, что избавил от такого мучения.
- Мне не за что прощать Ваше Высочество, – негромко произнесла Алина Николаевна, когда Александр отстранился. Её губы чуть дрогнули, и она улыбнулась. Ни веселья, ни грустной меланхолии не было в выражении лица княгини, - только лишь спокойная теплота, которую редко кто замечал в строгих чертах этого бледного лица.
«Теперь Вам и правда лучше уйти» - именно этих слов и ждала Алина. - Вы правы. Не сводя голубых глаз с лица цесаревича, не склонив чуть головы, как велят приличия, княгиня слегка присела в реверансе, и промолвила напоследок:
- Мне, наверное, не должно говорить этого, однако я искренне желаю счастья Вашему императорскому Высочеству.
И снова она не солгала. Пожалуй, откровенности на сегодня – более, чем достаточно. Алина ведь её вообще не жаловала, но Александр заставил быть с ним честной. Слишком благороден, слишком искренен, слишком горяч, - ужасно опасный набор качеств для мужчины, а, тем более, - для будущего самодержца. И да поможет ему Бог на этом нелегком пути.
Не говоря больше ни слова, Алина повернулась спиной к цесаревичу и обычною для себя неторопливой, плавной поступью направилась к двери. Пальцы коснулись прохладной поверхности дверной ручки, и княгиня на мгновение остановилась, как будто думая обернуться и сказать что-то еще. Но не двинулась. Слегка закусив губу, улыбнулась себе, и повернула ручку. И еще через пару мгновений услышала, как за спиной с легким шорохом от сквозняка закрылась дверь.

+1

12

Александр, не отводя глаз, наблюдал за тем, как княгиня медленно опускается в реверансе, но голова ее не склоняется, взгляд она не отводит к полу. Все так же величественна и даже слегка надменна. Возможно, будь у этой сцены посторонний зритель, он презрительно назвал бы княгиню до невозможности спесивой за то, что позволяет себе нарушать правила, ведь перед ней – будущий государь, а она так смело смотрит ему прямо в глаза. Но вот улыбка, появившаяся на ее лице, в этот раз мягкая, теплая. Цесаревичу показалась, что он впервые увидел именно такую улыбку, и не смог удержаться, чтобы не улыбнуться ей в ответ. Также спокойно, без обиды и горечи, с такой же теплотой и душевностью, с которой мы дарим улыбки нашим близким и дорогим людям.
Хотел было ответить, что и ей он желает быть счастливой, но не стал. Показалось, что это прозвучит слишком фальшиво, учитывая, как холодно она приняла его поцелуй. Как равнодушно позволяла себя обнимать, даже не думая отвечать на этот страстный порыв влюбленного юноши. Можно ли было поверить после этого, что отвергнутый молодой человек будет искренен в своих пожеланиях? Едва ли. Да и сам наследник еще толком не разобрался, что он теперь чувствует. Боль, обиду, разочарование? Безусловно. Сердце не могло не сжиматься тоскливо в груди, когда все завершилось совсем не так, как он представлял себе еще днем, готовясь к этому вечеру. Но он совсем не злился на Алину. Скорее на себя за то, что не заметил раньше равнодушия в ее взгляде. Не понял до этого вечера, что она рано или поздно остановит его и попросит прекратить все это безумство с признаниями и томящимся в груди чувствами.
Что ж, возможно, так даже лучше. Цесаревич еще несколько мгновений смотрел на закрытую дверь, а потом решил вернуться в бальную залу, чтобы делать вид, что ничего не случилось. Улыбаться друзьям и пригласить на тур вальса императрицу, которая, наверняка, заметила, что ее старший сын так поспешно исчез. А потом, наконец, покинуть маскарад и подняться к себе, в тишину кабинета, где можно еще раз вспомнить сладость ее губ, пусть и таких холодных и бесчувственных.

И вот новь узкий коридор, по которому он вел Алину буквально несколько минут назад. Огромная дверь, ведущая в залу, из-за которой доносится музыка. Лакеи, снующие с подносами туда-сюда. И чья-то тоненькая ручка вдруг касается его плеча. То была молоденькая девушка, которая его, по-видимому, не заметила и случайно столкнулась с ним. Она испуганно убрала руку и тут же опустилась в низком реверансе, узнав наследника престола.
Саша улыбнулся девушке и протянул ей руку, приглашая в круг танцующих. Голубые глазки девушки озорно блеснули, и вот он уже вновь ведет в танце прекрасную особу. Не ее ли он видел в начале бала в компании своей сестрицы? А впрочем, какая разница.
-Как Вас зовут? – а взглядом все равно ищет княгиню, словно не замечая девушки, чью талию крепко сейчас сжимает. Но среди пестрой толпы не может вновь разыскать Алины. И отчаивается ее уже увидеть сегодня вновь.
-Ольга Калиновская, Ваше Высочество, - отвечает тем временем красавица. – Фрейлина Ее Величества.
Нежный переливчатый голосок заставляет вернуться к его обладательнице. Александр вновь улыбнулся ей, замечая, что у мадемуазель Калиновской невероятно красивые глаза. И вообще она безумно хороша собой...

Эпизод завершен

Свернутый текст

Алина Николаевна, я же правильно понял, что мой пост - завершающий?

Отредактировано Александр Романов (2014-03-16 20:50:29)

+2


Вы здесь » Петербург. В саду геральдических роз » Завершенные истории » 6.01.1837. «Я понял вас; вы правы - вы свободны»


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC