Петербург. В саду геральдических роз

Объявление


Восхитительный, упоительный момент проверки на мужество, на то - чей дух крепче - человека ли отнявшего добычу, или десятков распаленных гоном собак, секунда, и...
Евгений Оболенский

Никогда в жизни еще Стрекаловой не было так страшно, как сейчас наедине с кузинами! Она даже разозлилась на себя за это. Ну что, разве съедят они ее, в самом деле? А захотят попробовать, так мы тоже кусаться умеем!
Софья Стрекалова

Рейтинг форумов Forum-top.ru
Palantir



Гостевая История f.a.q. Акции Внешности Реклама Законы Библиотека Объявления Роли Занятые имена Партнеры


Система: эпизодическая
Рейтинг игры: R
Дата в игре: октябрь 1843-март 1844



07.09. Идёт набор в админ-состав!

07.07. ВНИМАНИЕ! НА ФОРУМЕ ПРОВОДИТСЯ ПЕРЕПИСЬ!

07.01. Администрация проекта от всей души поздравляет участников и гостей форума с Новым годом и Рождеством!

17.11. НАМ ПЯТЬ ЛЕТ!

14.05. Участвуем в Лотерее!

23.03. Идет набор в игру "Мафия"!

05.02. Внимание! В браузере Mozilla Firefox дизайн может отображаться некорректно, рекомендуем пользоваться другим браузером для качественного отображения оформления форума.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Петербург. В саду геральдических роз » Завершенные истории » Ноябрь 1838 года."Беседа брата и сестры"


Ноябрь 1838 года."Беседа брата и сестры"

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

I. Участники:
Мария  Лейхтенбергская( на момент отыгрыша Романова), Александр Романов.
II. Место действия:
Покои наследника престола.
III. Время действия:
Ноябрь 1838 года.
IV. Краткое описание сюжета (2-3 предложения вполне хватит):
Если по- настоящему привязан к человеку, то чувствуешь его боль, тоску и обиду на весь окружающий мир так же остро, как собственные беды и проблемы. Если старший брат переживает из- за разлуки навсегда с возлюбленной и необходимости уезжать в дальние страны подыскивать невесту, то только младшая сестра способна понять и поддержать его.

Отредактировано Мария Лейхтенбергская (2013-05-06 21:18:22)

+1

2

Осень в этом году выдалась ранняя и холодная даже по петербургским меркам. Ещё только ноябрь на дворе, а температура на улице стабильно низкая, дует пронизывающий ветер с Невы,  попою и снег идёт. Даже в Зимнем Дворце было как- то холодно и неуютно, особенно ив коридорах-   печки да камины топят, конечно, но сквозняки гуляют, и прохладно.
   Великая княжна Мария Николаевна быстрым шагом шла по коридору, кутаюсь в тёплую шаль.   Путь она держала в  сторону покоев старшего брата  и искренне надеялась, что Саша хотя бы у себя, и не придётся по всему  дворцу его искать.  В последнее время Саша и Мэри как- то особенно сблизились и сдружились, хотя и всегда находились в прекрасных взаимоотношениях, и то, как тяжело и горько сейчас у брата на душе, великая княжна   прекрасно осознавала.   Поэтому и решила сейчас зайти, поддержать в нелёгкую минуту, поговорить о том, что его беспокоит.   Шутка ли- разлука с первой, единственной и горячей любовью навсегда!  Конечно, братец тоже хорош, связь с полячкой уж совсем моветон по всем параметрам, но ведь Саша любил, действительно любил и боготворил эту девушку, Калиновскую.  И папенька, по велению которого возлюбленную Саши удалили от двора, в чём- то не прав - нельзя было так резко и бескомпромиссно  действовать, не принимая во внимание чувства и душу Саши,  стоило, возможно, просто поговорить с девушкой, попытаться ещё раз наставить на путь истинный Александра. А в результате решительных и   поспешных действий отца и  Саша на весь мир обижен и разговаривать даже с папенькой не желает, и папенька проклинает в душе строптивый и упрямый характер Саши. Да тут ещё и эта Сашина поездка по Европе…. Неужели папенька не понимает, что сейчас отправив сына, ещё даже в себя не пришедшего после разлуки с любимой девушкой,  искать за границей невесту, он ещё больше настроит Сашу против себя и озлобит?
   Одолеваемая такими мыслями,   Мария Николаевна дошла  до комнаты Александра и тихонько постучала в дверь. Удивительно, но ответа не последовало, и великая княжна постучалась уже громче. Наконец раздалось и приглашение войти, после которого девушка переступила порог и улыбнулась брату:
- Не помешаю тебе, Саша?  Просто так скучно одной, решила проведать тебя и попрощаться спокойно, без всей этой официальной суеты.     

Отредактировано Мария Лейхтенбергская (2013-05-06 21:50:51)

+1

3

Никогда еще он не чувствовал себя таким одиноким, покинутым всеми, жестоко преданным. Все теперь казались чужими. Особенно отец. Александр не мог понять его решения. Не хотел и слушать о своем долге перед державой. Почему титул Великого князя должен становиться препятствием к обычной жизни? Что с того, что он престолонаследник? Разве для государства имеет значение, на ком женат Император? Саша был еще слишком молод, чтобы понимать, на что он обрек бы себя, женившись на фрейлине-полячке. Желавший познать жизнь со всех сторон, будущий государь был готов отречься ради нее от престола. А может, она была лишь поводом, и на самом деле юноша еще просто был не готов смириться с той ролью, которая, как казалась Саше, досталось ему по какому-то совершенно непонятному недоразумению.   
Но осознание этого придет позже, а сейчас он рассматривал портрет Ольги и был готов залиться рыданиями, словно маленький мальчишка. Такие родные голубые глаза смотрели на него с миниатюры, и сердце сжималось от дикой боли. Расставание с ней стало жестоким ударом. От мыслей, что скоро она окажется в Польше и там ее насильно выдадут замуж, хотелось крушить все вокруг. Немедленно идти в кабинет к Императору и требовать, чтобы ее вернули назад. Грозить покончить с собой, если она вновь не окажется рядом.
Но Николай I славился своим непоколебимым характером. Александр знал, что его отец – человек несгибаемой воли. В детстве он восхищался им и хотел воспитать такой характер и в себе. Теперь же он проклинал жесткость и суровость своего отца, не замечая, что на самом-то деле своим упрямством весьма похож на венценосного родителя. 
В дверь постучали, но он ответил. Никого не хотелось видеть. Ни с кем не хотелось разговаривать. Но посетитель был упрям и постучал вновь. Тяжело вздохнув, Александр разрешил войти к нему и, последний раз посмотрев на портрет, положил его лицевой стороной к столу, чтобы скрыть от нежданного гостя.
В покоях появилась Мэри. 
-Нет, конечно, проходи,  -  Саша тепло улыбнулся, хотя улыбка и получалась несколько вымученной и натянутой. Но младшая сестра оставалась для Александра одним из самых близких людей. Он не мог сейчас позволить себе рисковать и ее любовью. – Я… пытаюсь закончить оставшиеся дела перед тем, как придется уезжать.
Он подошел к сестре и, взяв ее ручки, оставил на них поцелуй.
-Я буду скучать. И по Ольге с Адини тоже. Надо будет наказать Константину, чтобы следил тут за вами, пока меня не будет, - он слегка рассмеялся, но тут же умолк. Предстоящее путешествие не представлялось ему чем-то радостным, скорее наоборот, наводило только тоску.

+3

4

Саша откликнулся на сразу, это уже наводило на определённые размышления.  Честно говоря, Мэри даже готова была к тому, что брат и её видеть не захочет, попросит уйти, отговорившись тем, что  хочет побыть один. Что ж, во многом Саша похож на отца, и сильным, волевым характером в частности.  Но ладно Саша, он молод, в чём- то горяч и излишне эмоционален, но папенька ведь мог сделать скидку на его возраст,  учесть особенности характера и личности, наконец.   Только нет, не предназначен их венценосный папенька к компромиссам, предпочёл «встать в позу»  и   от решения любыми средствами оградить Сашу от страсти к польской красавице и заставить вспомнить о долге перед империей  отступать не намерен.
     Убедившись, что брат готов с ней поговорить и не выдворяет из комнаты, Мария Николаевна с облегчением вздохнула- ладно хоть он не замкнулся окончательно в себе,  так есть хоть какая- то надежда через задушевный разговор облегчить его боль и тоску. Вымученная улыбка на лице Саши, следы грусти на его лице не оставляли сомнений, что плохо сейчас ему, ох, как плохо и горько на душе, и Мэри мысленно похвалила себя за решение прийти сюда и поговорить с братом.  В коне - концов, они же всегда были духовно близки, а как знать, как обернётся судьба самой Марии, не окажется ли и она, когда придёт черед, в похожей ситуации? Конечно, она не наследница престола, а всего ли великая княжна, но в том, что отец вспылил бы ничем не меньше, и если бы обнаружил её отношения с кем- либо из молодых людей нецарской крови, и   сомнений не возникало.  Кинув беглый взгляд на перевёрнутый лицом вниз портрет(  разумеется, Ольга на нём изображена, и думать даже не надо), Мэри улыбнулась брату:
- И много у тебя ещё дел на сегодня? Не хотелось бы отрывать тебя от чего- то важного разговорами и беседами.
   Когда Саша поцеловал её руки, и даже попытался пошутить на тему передачи права опеки над сёстрами Константину,  Мэри в ответ рассмеялась:
- О, да, Костя очень хорошо присмотрит за нами, только как бы нам не пришлось приглядывать за ним с его- то страстью к разного рода выдумкам.
   В уме великая княжна уже прикидывала, как половчее вывести брата на откровенный разговор, как подступиться к беседе на столь непростую тему?   Мягко взяв за руку брата, Мэри усадила его на уютный диван и напрямик спросила после секундного молчания:
- Саша, ты не хочешь поговорить об Ольге?  Тебе, наверное, нужно выговориться, поделиться с кем- то тем, что у тебя накипело на душе. 
   

+1

5

Саша нежно сжимал в своей ладони хрупкие пальчики сестры. Из маленькой угловатой девчонки Мэри превратилась в настоящую красавицу, которая уже блистала на балах и светских раутах и привлекала внимание придворных кавалеров. А вроде бы так недавно они были еще детьми. Озорными и шкодливыми, причиняющими столько хлопот множеству нянек и воспитателей. Но что не изменилось и, казалось, не изменится межу ними никогда – крепкая связь брата и сестры, способность чувствовать и понимать друг друга без лишних слов. Наследник посмотрел в глаза Марии. В них было столько доброты и искреннего желания помочь, что он невольно тепло улыбнулся ей в ответ. Говорить об Ольге, рассказывать младшей сестре обо всех своих страданиях не хотелось, но от осознания того, что Мэри так переживает за него, на душе становилось тепло. Он еще раз прижался губами к холодной ручке Марии, словно благодаря ее за то, что она пришла к нему, за то, что желает помочь.
-Об Ольге? А разве можно о ней говорить? – язвительно произнес Александр, а его губы исказила издевательская ухмылка. – Разве отец еще не запретил упоминать имя Калиновской в стенах дворца?
Он поднялся с дивана и прошелся по кабинету. Взгляд упал на перевернутый портрет, и память учтиво вновь воссоздала перед глазами любимое лицо.
«Забыть! Надо забыть навсегда!»
-Как бы я ни любил Ольгу, как бы ни хотел вернуть ее назад, уже ничего не изменится, - сурово произнес Александр, будто пытаясь заставить самого себя поверить в эти слова, и повернулся к сестре. – Она в Польше, там ей найдут подходящую партию и выдадут замуж… Надеюсь, она будет счастлива, - последние слова он произнес шепотом, еле слышно, опустив глаза в пол. Но, быстро опомнившись, вновь посмотрел на сестру. Вся та злость, которая сидела внутри и терзала сердце, никуда не делась и, с долей иронии в голосе, он продолжил:
-А я буду путешествовать по Европе и выбирать себе невесту! Как думаешь, кто понравится maman больше: Амалия Вельбарская или, быть может, София Вюртембергская?
До этого момента Саша и не знал, что, оказывается, он помнит имена высокородных дам, которых прочили ему в невесты. А сколько их еще в Европе? Цесаревич еще даже не был с ними знаком, но уже каждая заранее вызывала у него отвращение.

+2

6

Как смутно подозревала Мэри, брат довольно долго обдумывал, стоит ли рассказывать ей о своих переживаниях, нагружать её своими думами и проблемами сейчас?  И за эту трогательную заботу девушка по- своему была благодарна брату- да даже в столь непростой для него период он скорее  изведётся от внутренних переживаний, чем сестре расскажет о них и нагрузит своими проблемами.   Рядом с Сашей было так хорошо, спокойно и уютно,  его руки сжимали холодные ладони великой княжны, а по сердцу так и разливалась теплота и удовлетворение от осознания того, что хотя её Саша сейчас не отталкивает о себя и даже рад видеть.
    Как и предполагала Мэри, на откровенный разговор брат не решился, да оно и понятно- уж это- то общее у Саши с отцом, всё держать при себе и свои проблемы и неприятности решать самим.     И отговорился Саша лишь простыми, самыми обычными фразами,  только вот Мэри его обманчиво - спокойный тон не обманул ни в коей мере.  Ясно что, что брата сейчас буквально разрывает тоска об Ольге, боль от того, что она далеко, но открыто показывать этого он не хочет. Мягко улыбнувшись, Мэри усмехнулась:
- Я об этом запрете ничего не слышала,  да даже если бы он и существовал, то я сочла бы его излишним и ненужным.
   Сообразив, что надо бы пояснить, почему это она, любимица отца, в данной ситуации не на его стороне,  великая княжна добавила:
- Я не осуждаю отца, но и сказать, что он прав, поступив так с тобой, не могу – он мог бы позаботиться и о твоих чувствах, когда издавал указ об удалении Ольги от двора.   
   Ободряюще улыбнувшись брату, Мэри после секундного молчания промолвила:
- Я чувствую, как тяжело и больно тебе сейчас, но даже не знаю, чем бы могла помочь.   Знай- если захочешь поговорить, поделиться чем- то, я всегда готова выслушать и помочь,  иногда если просто высказать, что лежит на душе, становится легче.
  Неожиданно хлопнуло неплотно прикрытое окно за спиной у Мэри, и девушка аж вздрогнула от резкого звука от неожиданности.  Зябко поведя плечами,  великая княжна встала с дивана и  подошла к брату   со словами:
- А мне кажется, где- то среди этих заморских юных принцесс и прячется твоё счастье,  которое обязательно будет в твоей жизни!  И найдётся, обязательно найдётся та, что станет для тебя настоящим смыслом жизни,  большой и искренней любовью, не сейчас, так позже!

+1

7

-Он мог бы позаботиться и о твоих чувствах, когда издавал указ об удалении Ольги от двора, - цесаревич внимательно посмотрел на свою сестру. «Позаботиться о чувствах,» - еще бы вчера Саша зло рассмеялся, услышав эти слова, и с презрением ответил, что никого не интересуют его чувства. Отцу важнее, чтобы его старший сын был идеальным солдатом, мог по уму ровняться с его министрами, присутствовал на советах и создавал впечатление человека более чем заинтересованного в делах государства. О каких чувствах здесь может идти речь? Самому Александру становилось тошно только от мыслей о подобном. И вот, после таких простых и ожидаемых слов, наследник вдруг задается вопросом: а в Ольге ли дело? По ней ли он так убивается, или из-за того, что отец прав?..
Саша резко махнул головой, отгоняя от себя непрошеные раздумья.  Сердце по-прежнему тоскливо ныло, в памяти все еще было живо красивое женское лицо. Значит, любит. Пока еще любит.
Остальные слова Мэри цесаревич уже слушал, найдя в себе силы мягко улыбаться сестре. Хотел было уже ответить, что на самом деле все хорошо и попытаться уверить ее, что он справиться. Но резко хлопнуло окно, словно специально, чтобы не дать Александру соврать дорогому и близкому человеку. Отметив про себя это обстоятельство, Саша не посмел лукавить перед сестрой. Мягко взяв ее за руку, он проводил ее к своему столу и помог сесть на стул. Заметив, что она зябко поежилась, он тут же снял мундир и накрыл им ее хрупкие плечики.  А затем быстро подошел к окну и плотно закрыл его.
-Может, ты и права, - ответил Александр, возвращаясь к столу. – Но пока мне в это не верится. Меня будут знакомить с дамами, словно предлагая товар. Моя будущая жена будет Императрицей. Это слишком заманчиво, поэтому передо мной будут разыгрывать целые спектакли, лишь бы я обратил внимание на предполагаемую невесту.
Саша грустно улыбнулся, подойдя к столу и облокотившись на него. Не верил он в то, что в Европе найдет ту единственную, которая сможет затмить в его сердце Ольгу.
-Хватит обо мне, - вдруг произнес цесаревич, и его глаза игриво блеснули. – Мне стыдно оттого, что все внимание двора прикреплено к моей персоне. А ведь сейчас важно совсем не это. Важно то, что моя младшая сестра скоро станет герцогиней Лейхтенбергской.
И все же нельзя было упрекнуть Николая I в чрезмерной суровости к своим детям. Избавив наследника от пагубного, на его взгляд, влияния фрейлины Калиновской, тем не менее, своей старшей дочери Император позволял связать свою судьбу по любви.

+3

8

От мундира, предоставленного заботливым братом, стало гораздо теплее физически, но не душевно. Сейчас Мария испытывает определенное чувство вины за то, что вскрыла еще не совсем зажившие раны на сердце любимого брата. Глаза ее быстро забегали по столу от одного края к другому. Она вспомнила себя, когда ей представлялись напыщенные и чопорные заморские женихи, с одним из которых ей, возможно, пришлось бы провести всю свою жизнь. Зрачки ее расширились, а на озябшей щеке появился румянец. Господи, я так его понимаю… Если бы я однажды не пригрозила отцу, что уйду в монастырь в случае намеченного «династического брака», то, быть может, сейчас я не была бы любящей невестой, а всего лишь «товаром» или «дипломатическим подарком». Я так не хочу, чтобы он страдал.
Мария встала и подошла к окну, которое только что было причиной ее испуга. Всмотревшись вдаль, она дослушала брата и глубоко вздохнула, покачав головой. Лицо ее вдруг потемнело, а выразительны голубые глаза на несколько секунд спрятались под веками. Ей не хотелось сейчас, именно сейчас, когда она вот-вот добилась своего, прерывать беседу и возвращаться к своим же проблемам. Но Александр вдруг сменил тему и, кажется, решил поговорить о предстоящей свадьбе Марии и герцога Лейхтенбергского.
- А ведь сейчас важно совсем не это. Важно то, что моя младшая сестра скоро станет герцогиней Лейхтенбергской.
Потеребив тонкими пальчиками локоны в прическе, Мария Николаевна медленно повернулась, бросив отдаленный взгляд на кресло у стола. Ее мучила странная мысль: а хочет ли она эту свадьбу? Последнее время Мэри мучают ночные кошмары, которые так или иначе связаны с будущим супругом.
- Да, Саша, - великая княжна вдруг улыбнулась, сама не желая того. - Мне до сих пор не верится. Но… Ты же понимаешь, что мне трудно говорить об этой свадьбе с тобой.
Он никогда не станет говорить мне этого, но я сама знаю, что, по справедливости, этот брак состояться не должен. И сейчас, возможно, хоть на секунду в его голове промелькнула такая мысль.
- Я чувствую свою вину перед тобой, - сформулировала девушка, подойдя и приобняв любимого брата. - Я бы очень хотела тебе хоть как-то помочь, но это не в моих силах. Я могу тебя только поддержать, увы.
Наступила тишина, которую через несколько мгновений нарушил стук дождя по окнам, они трещали так, что услышать друг друга было тяжело. Наверно, таким способом, кто-то свыше позволяет собеседникам сделать перерыв в напряженном разговоре. Мэри закрыла глаза и попыталась разложить все накопившиеся мысли в голове по полочкам. Вскоре дождь стих.
- А ты знаешь, что на моей свадьбе… - протянула девушка, глаза ее расширились, а лицо озарила игривая улыбка,- ты будешь играть важную роль.
Взяв Александра за руки, она посмотрела на него взглядом, который был полон надежд и любви. Сейчас она решила, что, вероятно, сможет отвлечь Сашу от ненужных и безнадежных мыслей.

Отредактировано Мария Николаевна (2014-07-10 08:03:42)

+5

9

-Вину? Но ты ни в чем передо мной не виновата, - слабо улыбнувшись, пожал плечами Александр. – Я рад за тебя. И ты не должна стыдиться передо мной того, что выйдешь замуж по любви. Поэтому можешь мне рассказывать все, что угодно.
Да, герцог Лейхтенбергский явно был не лучшей партией для русской великой княжны, учитывая, что его отец был пасынком Наполеона. Почтенные государственные мужи уже брезгливо кривили рты, думая о том, что внуки Императора Всероссийского будут правнуками Бонапарта, пусть и неродными. Но даже при таком раскладе, союз великой княжны и герцога Лейхтенбергского не выглядел столь ужасающим как наследника престола и фрейлины-полячки. С последним мириться было бы невозможно. Александру оставалось либо следовать примеру своего дяди Константина, что казалось немыслимым, либо принять неизбежное, что он и делал, скрепя сердце и проклиная весь белый свет за то, что Богу было угодно сделать его будущим государем.
-Я все понимаю, - выдавил из себя Александр. – Я знаю, что это было бы невозможно, потому что… потому что не только два сердца, но будущее целого государства поставлено на карту, - с горечью обиды по памяти повторил цесаревич слова, которые услышал при последней встрече из уст своей возлюбленной, а ей в свою очередь сказал их император, объявляя свое решение.
-Но ты не должна об этом думать, - наследник сжал в своей ладони тонкие холодные пальчики сестры и посмотрел в ее большие глаза, такого же пронзительно голубого цвета, как и у него самого. Но не только цвет глаз сближал брата и сестру. Общее было и в характерах, непокорных, строптивых. Упорства было не занимать обоим. Но Мэри это простительно, а вот тот, кому однажды предстоит править, должен был научиться сначала смирению и умению подчиняться, которых ему порой так сильно не хватало. Расставание с любимой женщиной - слишком жестокий урок для наследника с его горячим нравом, и усваивать его было подобно пытке. Нет, это и было пыткой, мучительной пыткой, когда душа рвется в клочья, и ты не веришь, что когда-нибудь она исцелиться.
К счастью, Мэри заговорила о своей свадьбе, которая была намечена на лето следующего года. Радоваться за счастье сестры было легче, чем утопать в осознании собственного бессилия перед расставанием с Ольгой.
-Важную роль? Ну и что же я должен буду делать, Ваше Высочество? – лукавая улыбка на губах Марии немного раззадорила наследника, и наигранно вздохнув, Саша, почти как в детстве, стал дразнить младшую сестру: Пока я буду в Европе вы с Maman целыми днями, наверное, только и будете заниматься приготовлениями к вашему с Максом венчанию. Бедный герцог, его же даже никто не успел предупредить, на что он себя обрек, решив на тебе жениться. И я вернусь только к самой свадьбе и не успею уговорить его бежать, пока не поздно.

Отредактировано Александр Романов (2014-07-08 10:03:28)

+3

10

-Важную роль? Ну и что же я должен буду делать, Ваше Высочество?
Мария с легким задорством взглянула на заинтересовавшееся лицо брата. Прикусив губу и подмигнув, великая княжна весело засмеялась.
- … И я вернусь только к самой свадьбе и не успею уговорить его бежать, пока не поздно.
Щеки юной княжны покраснели. Сама она с шутливой презрительностью смерила его  обиженным взглядом, скрестив на груди руки.
- Ах! Так?! - не скрывая улыбки, возмутилась Мэри и величественно приподняла подбородок. - На что же он себя обрекает, Ваше Высочество? Неужели Вы сомневаетесь во мне?
На фоне наигранного бунта, ее лицо выглядело беззаботным и абсолютно счастливым. А на душе, тем временем, скреблись кошки. Она не могла избавиться от мысли о том, что Александр в адских любовных мучения будет бродить по Европе и, словно ратуя за собственное счастье,  отбиваться от ненавистных красавиц-невест.
Если его сердце терзает истинная любовь, а не привязанность и глубокое увлечение, он не сможет полюбить другую. А когда цесаревич все-таки найдет невесту или его заставят сделать выбор, то, о Боже, мне так жаль бедняжку! Жизнь без любви, вовсе не жизнь, а фарс. Такая жизнь лишь погубит очередные судьбы и станет для супругов тяжелой ношей. Не хочу! Не хочу об этом даже думать!
Печальные мысли не заставили юную княжну снять маску счастливой невесты, однако зеницы ее не могут обмануть никого. Голубое море в ее очах разбушевалось не на шутку.
- Во-первых, и это самое важное… - Мэри взяла ладонь брата и провела по ней пальцем по окружности, - Вы, Ваше Высочество… будете любимым старшим братом невесты…
Лицо Мэри приобрело хитрое выражение, глаза сузились, как у хищной кошки, а улыбка медленно сошла с ее лица. Скоро цесаревич уезжает и оставляет сестру с маменькой и свадебными хлопотами. На самом деле, Александр Николаевич был и будет для Марии лучшим другом, который пусть иногда по-детски дразнил ее, но всегда понимал лучше, чем кто-либо другой. Только с ним она может быть самой собой, только ему она может доверить  сокровенную тайну, зная, что этот человек не способен на подлость, особенно в отношении родной сестры.
- А во-вторых… - сжав в руках крепкую мужскую ладонь, Мэри быстро, словно молния, чмокнула брата в щечку и тут же, улыбаясь, отдалилась от него, - это секрет, бесценный братец!

Отредактировано Мария Николаевна (2014-07-10 08:03:26)

+3

11

Ее наигранное возмущение было очень забавным, и Александр, конечно, не смог сдержать смеха, наблюдая за тем, как Мария состроила на своем прелестном личике выражение, которое должно было убедить его в том, что она оскорблена до глубины души.
-Сомневаюсь? О, нет, дорогая, наоборот, я ни капли не сомневаюсь в тебе и твоем прелестном характере – упрямом и при желании очень колючем, который ты начнешь демонстрировать своему мужу, едва Вас обвенчают.
Играючи он коснулся аккуратного носика сестры и подмигнул ей.
После Мария стала медленно открывать ему маленькую тайну о его важной роли на ее свадьбе.
- Во-первых, и это самое важное… - Мэри взяла его ладонь и провела по ней пальцем по окружности, - Вы, Ваше Высочество… будете любимым старшим братом невесты… А во-вторых…  это секрет, бесценный братец! – при этих словах, она звонко поцеловала его в щеку и быстро отстранилась, кокетливо качнув завитыми локонами, спускающимися по красивой тонкой шее великой княжны.
-Ты смеешь иметь секреты от своего старшего брата, да еще и когда дело касается столь важных вещей? – деланно возмутился Саша и посмотрел прямо в глаза Марии. Эти глаза ничего не скрывали. В них было море безграничной сестринской любви и преданности, но вместе с тем и обеспокоенность и тревога. Голубые глаза Мэри прекрасно все рассказали цесаревичу, который, впрочем, и сам знал, что, подобно ему, за этой веселостью, которую они с ней столь упорно пытаются привлечь в холодный кабинет будущего государя, она скрывает совсем иные чувства.
Ему стало стыдно. Это противное ощущение собственной вины перед самыми родными и близкими будет еще долго не отпускать его. Перед Ольгой за то, что не уберег, а ведь он должен был заранее понять, к чему приведет их безрассудная страсть, которую они вовремя не обуздали. Перед матушкой за то, что заставил переживать до такой степени, что она и сама слегла в постель, когда увидела старшего сына, который несколько дней пролежал с лихорадкой от простуды: болезнь настигла внезапно и так не вовремя (в тот день, когда он узнал волю императора относительно его возлюбленной), что все решили, что это не болезнь, а любовная тревога мучает Александра. Будет ему стыдно и перед отцом, но чуть позже: когда встретит ту, которая составит его счастье на долгие безмятежные годы, а пока в душе по отношению к венценосному родителю были какие-то странные и неоднозначные чувства. Зато ему было стыдно перед младшими сестрами, которых он заставлял тревожиться за себя. Он видел уже сегодня милую Олли, которая не смогла скрыть слез, переживая за него. Теперь вот Мария. Ему очень сильно захотелось успокоить ее, дать понять, что она зря тревожится за него. У него хватит сил все пережить и начать с чистого листа. Подойдя ближе к Марии, он серьезно посмотрел на нее и приглушенно стал говорить:
-Не переживая за меня, Мэри. Знаешь, это даже хорошо, что я уезжаю. Конечно, едва ли я исполню мечту государыни, которая желает видеть своей невесткой принцессу Баденкскую или еще кого-нибудь из наших немецких кузин, но зато вдали от России мне легче будет забыть Ольгу. Посмотрю на Италию, Англию, потом тебе расскажу, правда ли так хороша их молоденькая королева, как тут у нас говорят, - грустно рассмеявшись, наследник отстранился от сестры и сделал несколько шагов по кабинету, задумчиво рассматривая стены. – Мой Иосиф* все грезит об Англии. А Паткуль** и Адлерберг*** пытаются подражать мне и делают вид, что тоже не горят желанием покидать Россию, и только он остается собой. Поначалу меня это так раздражало: его нескрываемая радость на фоне моих горестей, а теперь я думаю, что, наоборот, это же хорошо – у меня в свите будет человек, который будет полон энтузиазма. Возможно, частичка его радости перейдет рано или поздно и ко мне?
Развернувшись лицом к сестре, Саша тепло улыбнулся ей:
-А ты пиши мне. Часто-часто. Рассказывай все, что у вас здесь будет происходить. И когда твой герцог вернется в Россию, обязательно передай от меня ему заверения в моей братской любви. Ты же знаешь, что я шучу, а на самом деле верю, что из Вас получится прекрасная пара, и Вы будете счастливы вместе.
На миг он умолк, словно какая-то мысль озарила его голову, а потом резко спросил:
-Я могу попросить тебя об одной услуге? - голос его волнительно дрогнул, и он посмотрел на свой стол, где лицом к столешнице лежал небольшой портрет уже бывшей фрейлины Калиновской.

*

*Граф Иосиф Михайлович Виельгорский – воспитывался и жил вместе с наследником престола, после окончания учебы был назначен в свитку к Его Высочеству. Стеснительный, замкнутый и немного странный, но при этом Александр все равно считал его своим близким другом. Одно время был влюблен в Великую княжну Марию Николаевну (ее же в свою очередь молодой человек лишь забавлял), но увидев ее, кокетничающей с молодыми корнетами, разочаровался в ней. На данный момент в тайне боготворит Великую княжну Ольгу Николаевну и грезит о путешествии в Европу, особенно мечтает посетить Англию. (Впрочем, мечте не суждено будет сбыться: скоропостижно скончается в Италии от туберкулеза, который определили у него слишком поздно)
**Граф Александр Владимирович Паткуль – также воспитывался и жил вместе с наследником престола, а потом был назначен к нему в свиту. С Иосифом особо не дружил, но с цесаревичем всю жизнь их связывала крепкая дружба. Остальная царская семья также любила и ценила Паткуля. Сам Александр Владимирович почитал всех Романовых за свою вторую семью.
*** Граф Александр Владимирович Адлерберг – выпускник Пажеского корпуса, с 1836 года состоит в свите наследника престола. С цесаревичем его связывает крепкая дружба, как и с Иосифом и с Паткулем.

+4

12

-Ты смеешь иметь секреты от своего старшего брата, да еще и когда дело касается столь важных вещей? - вопрос прозвучал со свойственным Александру деловитым видом. Глаза их встретились, и великий князь сквозь взор увидел душу юной великой княжны, полную сомнений и переживаний. Он долго и пристально всматривался в голубые глубокие глаза.  Мария заклинала свое сердце прекратить так быстро колотиться от страха разоблачения, она желала оторвать взгляд от пронзительных, того же цвета, глаз Александра, но не посмела. Не посмела ровно так, как холоп не смеет перечить барину под угрозой наказания розгами. Лицо ее, наконец, приобрело страдальческое выражение, а веки на миг прикрыли глаза, позволяя своей обладательнице отвернуться.
Завтра будет утро… А для кого-то оно не настанет. Кто-то живет последний миг, последнюю минуту, потом задыхается и, закашлявшись, падает навзничь. Этот человек больше никогда не улыбнется, его сердце больше не заколотиться с немыслимой силой от жарких чувств. Стеклянные глаза навсегда застынут в ожидании вечности. Перед смертью человек вдруг вспоминает всю свою жизнь. Память напоминает ему о всех благостных и греховных деяния, совершенных за этот малый отрезок жизни. Потом тишина и покой. Только осознание того, что жизнь эту он прожил почем зря, не успев выполнить важное поручение, будет заставлять душу его возвращаться обратно, но уже в другое тело, другое место и другое время. Люди рождаются и умирают. Наверно, здесь есть какая-то взаимосвязь, какое-то скрытое предначертание. У каждого своя миссия, не выполнив которую сейчас, душе придется возвращаться вновь и вновь в чужом облике, будь то пес или рыба. Человек, не ощущая собственные возможности, поддается воле коварной судьбы, таящей в себе море соблазнов. Есть человек, который знает с рождения: кто он и кем должен стать, и есть путь с ловушками и капканами, через который он должен пройти. Чаще человек пытается обойти сложности и выбрать более легкий путь. Он еще не знает, что на финише его ждет старт, этот старт будет гораздо сложнее предыдущего, и так раз за разом.
Так, например, мужчина способен поддаться чужой власти при виде женщины, предназначение которой - сбросить бедолагу в бездонный и безбрежный океан грез, где он должен погибнуть. Возможно, Ольга Калиновская, на самом деле, лишь посланница судьбы, выбивающая из-под ног цесаревича землю, ведь он готов был отказаться от престола ради нее, а это значит отказаться от собственной миссии, поддаваясь одурманивающему аромату легкой жизни. Но тем временем родители, сами не зная того, оградили свое дитя от непредсказуемой гибели, и вопреки ложным чувствам, оборвали крепкую связь между Ольгой и Александром. Будущий Император должен оставаться будущим Императором в любой ситуации. Он не может даже допускать мысли об отречении, иначе с пути верного сойдет не только сам Государь, но и его Государство.
Мэри, слегка пошатываясь, стояла посреди кабинета, что-то высматривая в пустой стене. Она внимательно слушала брата, и лишь, когда он повернулся к ней с мягкой и уверенной улыбкой, ответила добродушным кивком.
- Часто-часто… - осевшим, от долгого молчания, голосом повторила она, - Я обязательно буду писать тебе, Саша…
Лицо великой княжны приобрело более четкие контуры, а в глазах блеснул дерзкий огонек.
- Только… - произнесла она, широко улыбаясь, - на случай, если ты увлечешься, к примеру, принцессой Баденской, не забывай о сестре, и о том, что она ждет от тебя ответную весточку. Молю!
Мэри прекрасно понимала, что Александр  дразнит ее не со злобой, а с большой братской любовью. Так было всегда. В детстве Мария Николаевна часто обижалась на «задирчивого», как ей тогда казалось, брата и обязательно жаловалась маменьке, а та, в свою очередь, непременно ругала Сашу и заставляла извиниться. Лишь со временем Мэри привыкла к характеру брата и даже открыла его с другой, более теплой и дружелюбной, стороны.
-Я могу попросить тебя об одной услуге? - добавил великий князь взволнованным голосом.
Мария подошла к нему ближе и нежно улыбнулась.
- Разумеется, mon cher! Я сделаю для тебя все, что ты попросишь.

Отредактировано Мария Николаевна (2014-07-10 07:38:56)

+3

13

-Ни одна принцесса, будь она даже первой красавицей на весь белый свет, не заставит меня забыть о тебе, как и об Олли с Адини, - искренни ответил цесаревич, заверяя тем самым сестру в том, что она может не бояться не получить от него ответа на ее письма.
Мария всегда была для Александра особо дорогим и близким человеком, с которым можно было разделить любую тайну. Она была ближе всех к нему по возрасту и характеру из всех братьев и сестер, и, наверное, в силу этого могла лучше всех понять, что он чувствует. Именно поэтому Александр сейчас решился довериться ей до конца и просить сделать то, на что самому ему было так тяжело решиться.
-Я.. - Александр замялся, опустив глаза.
«А может не стоит? Может сохранить?.. Нет! Нельзя!»
Несколько резких шагов полных решимости в сторону стола, чтобы взять с него портрет Ольги и последний раз посмотреть на милые сердцу черты, чтобы потом надеяться, что однажды они пропадут из памяти навсегда и уступят свое место другой. Еще несколько столь же решительных движений, чтобы достать из ящика письменного стола нательный крестик. Он принадлежал не Александру. Его цесаревичу в последнюю встречу отдала Ольга, чтобы он вместе с ним навсегда сохранил в своем сердце и любовь к ней, и это можно было понять без слов, ибо крестик был католический, а значит, цесаревичу не придется объяснять сестре, откуда он у него и почему вдруг такие странные просьбы. Не надо будет боль облачать в слова. А правда была в том, что минутой раннее Александр бесповоротно для себя решил, что не будет хранить эту любовь. Он выжжет ее из сердца любыми способами.
-Я хочу, чтобы ты взяла это и… - последнее слово застряло где-то в горле, когда он протягивал сестре крестик и портрет «бедной Осиповны», как когда-то называл эту девушку государь, еще не подозревая, что эта милая молоденькая фрейлина станет такой большой проблемой.
-Понимаешь, когда я вернусь, ничто не должно более напоминать мне. Я искренни хочу навсегда забыть, избавить себя даже от мыслей. Поэтому ничто не должно мне напоминать о Ней. Ты должна куда-то это спрятать. Кому-то отдать. Или… или отправить Ей. Не важно. Я не хочу знать, что ты сделаешь с ними, но мне нужно, чтобы ты это сделала.
Он сжал руки сестры, в которые буквально втиснул портрет и крестик.
-Теперь мне точно лучше побыть одному, - тяжело вздохнув, Александр прижался поцелуем ко лбу сестры, а затем отстранился от нее и быстрым шагом оставил кабинет, уйдя в соседнюю комнату, где располагалась опочивальня наследника.

+3

14

Был холодный ноябрьский вечер. Дождь за окном печально стучался в стекло в такт с ударами сердца великой княжны, которая старательно прижимала ладони к груди, дабы никто не смог услышать эти громкие звуки трепета. Лицо Мэри еще более побледнело, а взгляд ее опустился на пару вещиц… Они так ничтожны, но так дороги Александру. Теперь на плечи хрупкой девушки легла великая, не побоюсь этого слова, ответственность. Это первый шаг, тот самый, который сделать очень нелегко, от которого подкашиваются ноги, а на глазах наворачиваются слезы. Как можно отречься от того, чем живешь уже столько времени? Как ты будешь жить теперь?
Цесаревич сжал в своих руках ладони сестры. Великая княжна впервые почувствовала угасающее тепло этих рук, но вскоре он отстранился от нее на пару шагов, оставив в руках портрет и крестик. Было нестерпимо больно смотреть на те муки, которые он испытывает сейчас. Но рано или поздно это должно было произойти.
- Не сомневайтесь, Ваше Высочество… - слова ее прозвучали тихо и монотонно. В руке ее были крепко сжаты крест и «бумажка». - Я все исполню в лучшем виде. Ты их больше не увидишь.
Последняя фраза прозвучала с особой жесткостью и малодушием, как раз ее цесаревич, вероятно, не услышал, поскольку поспешил удалиться.
По щеке Марии пробежала одинокая слеза, обжигая холодную кожу своим особенным горьким теплом. Отвернувшись от двери, великая княжна бессильно упала в кресло, покачивая головой. Она слегка улыбнулась сквозь застилающие глаза слезы.  Пред Моим Величеством предстали две проблемы, два проводника в былое. Можно избавиться от воспоминаний о прошлом, но убежать от него нельзя.
- Красивая… - усмехнулась великая княжна, шепотом протягивая. - Ольга Калиновская… Какая же Вы все-таки проблематичная особа. Право слово, лучше бы Вы вовсе не появлялись в России.
Лицо девушки искривилось, а пальцы ее невольно забегали по портрету с жаждой разорвать его на мелкие кусочки, но почему-то руки задрожали. Мария Николаевна тяжело вздохнула и приподнялась, вытирая ладонью «воду» с щек. Кажется, мой братец что-то забыл... С особой бережностью, великая княжна стянула со своих плеч мундир и повесила его на спинку стула. Завтра он обязательно обнаружит пропажу, а теперь мне нужно идти. Но смогу ли я крепко спать, не освободившись от этого? Мария Николаевна разместила на ладони старинный католический крест. Верно! Я избавлюсь от них сегодня же. Раз и навсегда.
Подойдя к дверям, Мэри вдруг оглянулась и посмотрела на письменный стол, на котором находились перо, чернила и стопка бумаг. Вернувшись на прежнее место, то бишь, за письменный стол, великая княжна поторопилась написать письмо брату, чувствуя, что утром, перед самым отъездом цесаревича, она сюда уже не войдет. Перебрав гору бумажек, великая княжна обнаружила в ней голубую ленту с мелкими, расшитыми жемчугом, узорами. Свернув, девушка спрятала ее в рукаве. После чего, она взяла перо и клочок бумаги. Мы так и не попрощались, как подобает брату и сестре. Надеюсь, ты обнаружишь здесь поутру оное письмо и не станешь осуждать меня за мою самодеятельность.
«Доброе утро, милый Саша! Я, как всегда, пропускаю прощание с Вами. Право, я хочу быть с Вами рядом, поддержать и сказать: «Без невесты не возвращайтесь».  Пишу Вам, мой родной, оттого, что хочу пожелать доброго пути и скорейшего возвращения. Надеюсь, это путешествие не оставит в Вашей светлой голове и храбром сердце ни горести, ни печали. Ну, а мы будем ждать с нетерпением Вас, Ваше Высочество, дома. А особенно буду ждать я.
Всегда любящая и преданная, великая княжна Мэри.
P.S.  Если избавляться от прошлого, то напрочь. Не судите строго, но ту ленточку Калиновской, которая беспечно лежала в груде бумаг, я изымаю и более Вам не возвращаю.
Ах, и мундир! Мундир не позабудьте, mon cher! Я не хочу, чтобы Вы предстали пред невестами без мундира!
Прощайте, да хранит Вас Бог!»

Сложив письмо с пометкой «Цесаревичу», Великая княжна оставила его на краю стола, рядом со стулом, на спинке которого аккуратно разместилась форма Его Высочества.
Теперь, кажется, все. Грустно улыбнувшись, Мария вышла из кабинета  и мелкими, но быстрыми шажками вернулась в свои покои.
Была холодная ноябрьская ночь.

Отредактировано Мария Николаевна (2014-07-24 08:07:40)

+1


Вы здесь » Петербург. В саду геральдических роз » Завершенные истории » Ноябрь 1838 года."Беседа брата и сестры"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC