Петербург. В саду геральдических роз

Объявление


Восхитительный, упоительный момент проверки на мужество, на то - чей дух крепче - человека ли отнявшего добычу, или десятков распаленных гоном собак, секунда, и...
Евгений Оболенский

Никогда в жизни еще Стрекаловой не было так страшно, как сейчас наедине с кузинами! Она даже разозлилась на себя за это. Ну что, разве съедят они ее, в самом деле? А захотят попробовать, так мы тоже кусаться умеем!
Софья Стрекалова

Рейтинг форумов Forum-top.ru
Palantir



Гостевая История f.a.q. Акции Внешности Реклама Законы Библиотека Объявления Роли Занятые имена Партнеры


Система: эпизодическая
Рейтинг игры: R
Дата в игре: октябрь 1843-март 1844



07.09. Идёт набор в админ-состав!

07.07. ВНИМАНИЕ! НА ФОРУМЕ ПРОВОДИТСЯ ПЕРЕПИСЬ!

07.01. Администрация проекта от всей души поздравляет участников и гостей форума с Новым годом и Рождеством!

17.11. НАМ ПЯТЬ ЛЕТ!

14.05. Участвуем в Лотерее!

23.03. Идет набор в игру "Мафия"!

05.02. Внимание! В браузере Mozilla Firefox дизайн может отображаться некорректно, рекомендуем пользоваться другим браузером для качественного отображения оформления форума.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Петербург. В саду геральдических роз » Завершенные истории » 5.01.1843. У меня долги перед друзьями, - а у них зато - передо мной


5.01.1843. У меня долги перед друзьями, - а у них зато - передо мной

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

У меня долги перед друзьями, -
А у них зато - передо мной,
Но своими странными делами
И они чудят, и я чудной.

Владимир Высоцкий

I. Участники: Александра Кирилловна Воронцова-Дашкова, Михаил Сергеевич Карницкий.
II. Место действия: Санкт-Петербург, дворец Воронцовых-Дашковых на Английской набережной.
III. Время действия: 5 января 1843 года, шестой час пополудни.
IV. Краткое описание сюжета: граф Карницкий так же мало похож на почтового голубя, как графиня Воронцова-Дашкова - на человека, молчащего о чужих тайнах. Но письма Александре носит именно он, а жалобы Михаила с сочувственным вниманием выслушивает именно она.

Отредактировано Александра Воронцова (2013-04-19 19:52:50)

+1

2

Изабелла была просто счастлива наконец-то выбраться на волю и с удовольствием сейчас отстукивала подкованными копытами свой неспешный шаг, отдававшийся по всей улице Петербурга и в ушах Михаила. Что говорить о графе Карницком - он сейчас, сидя на своей любимой рыжей масти лошади, был в весьма смешанных чувствах, вызванных что личными, что и остальными не столь важными для него причинами. То и дело забывая о том, что едет по хоть какой-никакой, но оживленной дороге, уходил глубоко в раздумья и уже чуть не успел сбить пробегающего мимо мальчишку весьма чуть потрепанного вида.
- Что за...,- чуть придержав лошадь за повод, молодой человек проводил взглядом парнишку, пустившегося наутек от всхрапнувшей от неожиданности лошади и, прицокнув, вновь пустил Изабеллу рысью. Ну что за ребятня?! Так и норовят куда-то убежать и под лошадь ведь обязательно. И какой шустрый. Как...Наташка. Скривившись от воспоминания давнишнего года, когда он впервые увидел самую младшую сестры своего друга Вяземского в таком же виде, Михаил захотел уже быстрее приехать к месту назначения своей прогулки. И ведь повод-то какой был для этого - передача письма своего друга Монго-Столыпина. И кому, подумайте же? Их общей знакомой графине Александре Кирилловне. И ведь как ловко он мне вчера подсунул это письмо. Не сразу и заметил, как сам же согласился передать. Вздох в сторону и прищуренный взгляд вперед, где уже виднелся прекрасный дворец на набережной.
- Ну что ж, зато мы увидим Алекс, давно уже повода не было - неделя-то считай прошла. Или две?- вновь чуть качнувшись вперед от поведшей головой лошади, Карницкий тихо рассмеялся и нежно погладил животное по шее.- Ну, же Изабелла. Ты моя единственная любимая, в которой я души не чаю, не ревнуй.
Как только он уже оказался у ворот, так спешно открываемых лакеем, готовым в любую минуту взять лошадь и отвезти в конюшню, Михаил не смотря ни на что, всё же проехал до самого входа в дом, и уже там спешился, проверив письмо в грудном кармане. Не потерял. А жаль. Было б веселее. Умею же терять письма, что поделать. Зайдя в прихожую дома, он велел оповестить графиню Воронцову о своем приходе и прошел вглубь, чтобы не стоять всё время почти у порога, сняв и отдав верхнюю одежду слуге и подойдя к одному из окон, чтобы увидеть, как его лошадь уводят в сторону прекрасной конюшни Воронцовых. Иззи, как всегда, не любила чужих конюхов, да и конюха Карницких она тоже недолюбливала, постоянно требуя внимания Михаила чуть ли не во всем. Женщины. Всё бы Вам. С усмешкой подумал Карницкий, заведя руки за спину и продолжая наблюдать за уличной жизнью.

Изабелла.

Фредериксборгская, или датская лошадь. Масть - каурая.
http://s2.uploads.ru/t/f7bVp.jpg

+5

3

В преддверии скорого отъезда гардеробная Александры Кирилловны представляла собой зрелище на редкость неприглядное: из-под бархатной амазонки торчал нежный муслиновый рукав, обшитый кружевной тесьмой, широкое в талии платье из репса было позабыто и, уже измятое, оказалось погребено под ворохом шалей и косынок, извлечённых из сундука часом ранее, шёлковые и атласные корсажи и подолы громоздились всюду, куда только ухитрялись пристроить их три пары женских рук. Анисья и мадам Жаклин замерли посреди комнаты, не зная, как сделать шаг, чтобы не обрушить на пол шуршащую лавину нарядов или не затоптать какой-нибудь из них. Александра лежала в кресле, обняв шляпную коробку, и размышляла о том, как глупо было привлечь модистку к выбору тех немногих туалетов, что графиня решила везти с собой в Двугорское. Немногих, конечно же, по сравнению с общим их количеством, но и условленного числа хватило для того, чтобы горничная и швея едва не переругались насмерть, даром что впервые видели друг друга и говорили на разных языках. За дверью опасливо переговаривались лакеи, которые ещё до обеда должны были унести уложенные сундуки вниз, чтобы не таскать их с шумом и грохотом ранним утром. Тревожить барыню в такие минуты не решался никто, даже муж, и только мажордом  глубоко вдохнув и приняв вид почтительный и бравый, нерешительно и быстро стучал в притворённые двери.
Войдите! – Александра ещё раз взглянула на лиловое с тёмно-бордовой отделкой платье, покачала головой, веля Анисье убрать его прочь, и обернулась к итальянцу. – Что случилось, Риччи?
Граф Карницкий, сеньора, – выдавил он. Графиня только усмехнулась: обычно невозмутимый Риччи никак не мог совладать со своим лицом, стоило только Мише переступить порог её дома. И о появлении этого гостя с самой первой их встречи велел всегда докладывать сначала ему, а уже потом сам шёл к хозяйке, не упуская случая так громко выразить своё безмолвное неодобрение, что в воздух просторных комнатах ещё долго гудел, переняв возмущение дворецкого. Перегнувшись через подлокотник кресла, Саша поставила коробку на пол, поднялась на ноги и вышла из комнаты, ухитрившись ничего не задеть и не уронить. Вымученная улыбка мажордома свидетельствовала о том, что он уже готов к тем испытаниям, которые выпадали на долю Риччи во время визитов графа: Михаил был единственный из её друзей, кто с редким постоянством выводил из себя итальянца. А когда Карницкий прощался и покидал дом, графиня приходила в тот род легкомысленного оживления, что становилось головной болью для домашних. 
Михаил Сергеевич давно приехал?
Только что, сеньора. Куда прикажете проводить его?
Вы же знаете, Риччи, – укоризненно произнесла женщина. – И распорядитесь, чтобы были готовы подать чай.
Малая гостиная графини, прозванная «Дружеской» из-за того, что небольшие компании Александра собирала именно в этой светлой, изящно отделанной комнате, пребывала в идеальном порядке, как и всегда. Графиня коснулась уложенных в сетку кос, поправила замявшуюся на груди косынку и придирчиво осмотрела картинные рамы. Не обнаружив и следа пыли, она удовлетворённо вздохнула и подошла к окну. Миша, как между ними было заведено уже давно, приехал без предупреждения, справедливо уверенный в том, что ему всегда будут рады. Саша не гадала о причинах и, достаточно зная графа, была склонна полагать, что друг просто заскучал или сбежал из дома, не в силах более терпеть невозможность высказаться без опаски быть высмеянным или узнать о своих делах и размышлениях от человека, которому никогда о них не говорил.
Здравствуй, Миша, – Александра с улыбкой приветствовала вошедшего гостя. – Присаживайся, не стой… Как мило с твоей стороны навестить меня. Не поверишь, голова идёт кругом ото всего: можно подумать, что дела и новости только и ждали моего возвращения, а сейчас разом пошли в атаку.

Гостиная

http://s3.uploads.ru/t/60mHL.jpg
Интерьер не соответствует описываемой эпохе. Изображение приведено для удобства игроков.

Отредактировано Александра Воронцова (2013-04-19 19:10:03)

+4

4

Как же здесь всегда хорошо и комфортно. Будто домой приехал. Пропуская через себя накатившие в этой размеренной не надоедающей тишине, разрываемой каким-то странным шумом с верхних этажей, странные мысли, Михаил отошел наконец-то от окна и медленно прошел из комнаты в другую, более светлую и большую. Кажется, это была гостиная, если он помнил из всего, что ему рассказывала Алекс, еще при первой его визите сюда по ее приглашению. Как же он тогда нервничал - не из-за себя, из-за нее. Ему всегда было не всё равно, о чем будут говорить после того, как его заметят с той или иной мадемуазель, матери которых вечно пытаются заманить его в зятья. И вот уже последний второй сезон даже сама Анна порой намекает ему о том, что пора бы остепениться.
-Миша, образумься! Сколько ты уже сердец покорил и чуть не разбил.
-Ну так не разбил, да и все они не были тем идеалом, Анна. Прости, но я пойму, где моя судьба без подсказок.
- Как хочешь! Но графиня H. вполне премиленькая.

- Граф Карницкий?- голос где-то со спины, который так и давал понять молодому дворянину, что его уже кликнули не первый раз, заставил Михаила повернуться на каблуках и широко улыбнуться.
- Мсье Риччи! Как я рад Вас видеть!- на манер графини Карницкий так любил звать ее дворецкого. Такого милого. Такого замечательного. Похоже, что "Риччи" тоже знал о таком милом отношении графа к нему, а потому сделал непроницаемым лицо и попросил пройти за ним. Мишель не стал больно спорить, уже зная, куда его препроводят, поэтому, идя чуть ли не рядом, не стал травить стены своим молчанием.
- А знаешь, Риччи, я так давно не бывал здесь. Даже подзабыл, что в библиотеке ты обещал мне показать какое-то сочинение в трех томах. Ах нет! Аристотеля! Ты еще так любезно сказал, что она у Вас есть. Где-то в библиотеке, на полках,- показав рукой, где находились эти самые высокие полки, на что дворецкий как-то странно дернул плечом и приподнял еще выше подбородок, выдавив.
- Да, граф, я всё помню.
Карнийкий аж вздохнул, покачав головой.
- Ну слава Богу, а то я тебе уж хотел напомнить, запамятовал, боялся. И...
- Граф, прошу,- вот так вот торопливо, но с достоинством дворецкий "Риччи" и открыл дверь в малую гостиную. Михаил, заведя руки за спину, чуть кивнул ему, на прощание улыбнувшись и прошел внутрь, щурясь от солнца, зашедшего сюда своими лучами погостить. Остановившись у двери, Михаил подождал, пока дверь за ним с весьма определенным щелчком закроется и уже тогда, улыбка графине, поприветствовавшей его, стала теплее и искренней.
- Ma chere Alex. Мне приятно слышать, что я смог вот так Вас порадовать,- ответил граф, пройдя к графине Воронцовой, и, взяв ее руку в свою, такую теплу., шелковистую и хрупкую, поцеловал в знак приветствия пальчики ее.- Что же за новости да дела вскружили Вашу голову? И. Скажите, что Вы собираетесь в Двугорское! Иначе все эти приготовления, которые я узрел в коридорах, будут меня вводить в тоску.

АМС! Спасибо Вам за нестирающиеся посты, когда нечаянно закрываешь страницу! *оправился от сердечного приступа*

+2

5

Карницкий, – Саша высвободила пальцы из руки друга. – Не так уж и долго меня не было в столице, чтобы забыть о нашем уговоре и вновь начать звать меня с почтением, могущим оказать честь иной екатерининской фрейлине. Не заставляй меня сердиться и говорить как по писаному. 
С выговором (если можно было назвать выговором эту короткую, сотни раз произнесённую ласковым голосом, сопровождаемую сердечной улыбкой и выученную ими наизусть речь) было покончено. Александра присела на краешек дивана, предлагая Михаилу располагаться, где ему будет удобно. Дорогой друг сам прекрасно знал ответы на свои вопросы, но расстраивать его парой уклончивых фраз не стоило, да и разъяснить он мог если не всё неясное, то очень многое.
Месяц, я потеряла целый месяц, Миша! Столько всего случилось! Нам с Иваном Илларионовичем стоило быть здесь, а не разъезжать по Тамбовской губернии. Правда ли, что на балу у Эдуарда Николаевича была императорская чета – инкогнито? И долго ли им было позволено оставаться не узнанными? А девочка-маркиза – Жаннет, кажется? – неужели она так хорошо справилась с ролью хозяйки, как мне об этом рассказывали?
Не просто хорошо, а блестяще. Александра припомнила первый бал, на котором была не гостьей, а хозяйкой. Как же она волновалась! Тогда был совсем другой дом, и вполовину не такой красивый, как этот, и графиня почти для всех была ещё «Сашенька Нарышкина… да-да, конечно, Воронцова-Дашкова, жена Ивана Илларионовича». Граф по-доброму смеялся над ней, бегавшей по особняку и проверявшей каждую мелочь, а накануне бала едва ли не силой увёл юную жену прочь от заканчивавших последние приготовления слуг и, похвалив за рвение, строго приказал больше так не делать. Припомнила Саша и то, как замерло сердце, когда она подошла к зеркалу, перед тем как идти рука об руку с мужем встречать гостей. Господи, какая же она была миленькая и смешная во взрослом бальном платье, как трогательно выпирали из блестящего атласа плечи и ключицы, как испуганно и восторженно блестели глаза! Всё было тонкое и совершенно девичье, нисколько не женское и мягкое… А потом всё стало легко и просто, ведь лакеи в белых и голубых ливреях чинно стояли по обеим сторонам лестницы, во взгляде Ивана Илларионовича читалось спокойное довольство, и гости не могли, не хотели скрыть восхищение, стоило им только взглянуть на хозяев и роскошно убранный особняк. И музыка, какая же прекрасная была в тот вечер музыка! Александра танцевала как никогда раньше, как принцессы из старой сказки, что к окончанию бала истрепали свои чудесные башмачки, а с каждым новым шагом, с каждой нотой всё ярче становилась горделивая радость: да, это я, я нынче лучшая, и это моим счастьем полнятся ваши сердца!
Саша заулыбалась тихой, медленной улыбкой, которую брат Лев в минуты благодушия сравнивал с улыбкой их прабабки Екатерины Александровны, не забывая прибавить, что для справедливости следовало бы вычесть из облика сестры лукавые ямочки на щеках и смеющиеся глаза. Портрет кисти Аргунова бережно хранился у дядюшки Александра Яковлевича, и, изредка приезжая к родственнику, графиня Воронцова-Дашкова не могла отказать себе в удовольствии снова полюбоваться прекрасной картиной и изображённой на холсте женщиной редкой прелести, от которой она унаследовала не только эту особенную улыбку, но и умение мягко, загадочно смотреть на собеседника.
Прошу прощения, я задумалась, – очнулась она от размышлений. – Мишенька, друг мой, что тебе за беда от того, что в этом доме роняют сундуки? – в подтверждение слов Александры из-за дверей донёсся грохот, но лицо женщины осталось таким же безмятежным. Если только это был маскарадный костюм… О, только бы это был не он!Да, причина этой суеты – мой отъезд в Двугорское. Надеюсь, там будет достаточно приятных людей, чтобы развеяться и не облениться вконец: сегодня даже раздавать указания на время моего отсутствия кажется утомительным, а дотошность Риччи хуже въедливости иных немцев… Признавайся, что ты сказал ему на этот раз? Может, мне сбежать из дома раньше намеченного срока, чтобы не смотреть в полные обиды глаза, или вовсе начать прятать Риччи?
Александра рассмеялась и склонила голову к левому плечу. 

Отредактировано Александра Воронцова (2014-02-22 13:22:08)

+4

6

Михаил, еще не переставший лукаво улыбаться графине, посылая ей такие же хитрые взгляды, когда присаживался на диван и с удовольствием коснулся спиной мягкой обивки прекрасной работы мастеров какой-нибудь недалекой губернии или завода мебели, с удовольствием вспомнил тот самый Рождественский бал, прошедший в особняке знакомого всему Петербургу графа Шереметева.
- Да,- с удовольствием откликнулся на вопрос Александры Кирилловны Карницкий и, словно вспоминая об этом приятном времени (а он действительно вспоминал с удовольствием, должным ему, как любителю праздников и балов), посмотрел в окно гостиной. - Императорская чета, которая произвела фурор, когда все, наконец-то поняли, кто перед ними. И ведь сам Николай Павлович-то кем себя выдавал? Отставным военным!
И правда, словно сейчас он вновь увидел Императора в своем "маскараде" перед собой, так активно беседующим с графом Шереметевым, а потом еще с кем-то из гостей.
- Если говорить честно, то я со своими друзьями раньше остальных, похоже поняли, кто скрывался под париком и тростью в руке,- одарив прищуром обивку кресла, в котором сидела сама Александра Воронцова, так изящно свесив чуть кисть руки с подлокотника, что пальцы, словно тонкие листья ивы, были опущены в низ и даже слегка двигались в такт чего-то. Взгляд графа медленно поднялся вверх и оказался в минутном плену темных глаз женщины. И вот так всегда с каждым, кто вообще хоть раз посмеет на нее посмотреть. С каждым. Михаил не раз говорил, что взгляд Алекс всегда мог заворожить мужчину, будь тот человеком в сотни раз холодным, словно льды Северного полюса, но всякий раз получал милый выговор графини, что это всего лишь его фантазии и лесть. Михаил никогда не льстил за недолюбливанием этого дела настолько, что даже барышням не говорил об их красоте что-либо сверх меры. Так и теперь он какой раз убедился в своих словах, которые, впрочем не стал повторять, а всего лишь продолжил беседу.
- Жаннет де ле Шенье, маркиза, урожденная Француженка, опекуном которой является сам граф Шереметев. Просто чудо, Александра Кирилловна,- глаза чуть блеснули, похоже самым нормальным для самого Карницкого блеском. графиня явно это тоже заметила, поэтому Михаил не стал ходить вокруг да около.- Если бы Вы с ней познакомились, mf cherie, то поняли бы, какой она ангел. Правда, как и истинная француженка, не лишена и других завораживающих моментов. Она весьма прелестна, и с достоинством и даже по истине русской выдержкой провела бал, и, смею сказать, ей удалось быть хорошей хозяйкой Бала.
Уже только по окончанию своего монолога Михаил Карницкий понял, что его собеседница почти уже и не слушает его речи, а приходит в своих личных и весьма хороших воспоминаниях, что свидетельствовала ее мимолетная улыбка на губах, то исчезающая, то появляющаяся вновь. Наблюдая за всем этим с неким интересом, граф дождался того момента, когда наконец-то обратят на него внимание, и, кивнув на слова простить, сменил свою уже столько надоевшую ему в сидении позу и скрестил руки на груди.
- А то, моя дорогая Александра Кирилловна, что, похоже среди людей в Двугорском Вы всё-таки найдете себе хоть какую-нибудь приятную компанию,- потерев немного свой чисто выбритый подбородок, Михаил чуть усмехнулся и поклонился шутливо.- К примеру с Вашим покорным другом. Хотя, как мне говорил Денис совсем недавно в письме, будут и другие гости, даже иностранки из Испании, если не ошибаюсь. Ну а о Вяземских я вообще молчу - они первым делом приглашены!
Еще бы не пригласить! Как Андрея, так и Григория Петровича Дениска будет рад приезду как своим родственникам. Эх, скорее б уже.

+3

7

Ах, Миша, твоими бы устами, – Александра вовремя приглушила зазвеневшую в голосе тоску. Ещё даже вещи не собрала, а уже так тягостно на душе! Словно насовсем уезжаю, прости, Господи… Дуться Ирина умела, как никто другой, и если первые три дня Саша только посмеивалась и целовала нахмуренный лоб, невзирая на сопротивление, то потом стала сердиться, а нынче и вовсе приуныла. С чего, ну, с чего её маленькая сердитая прелесть так обиделась? И ведь не на отца, хотя графская чета вернулась в столицу в одном экипаже, а к детям Александра Кирилловна прибежала почти сразу, только скинула на руки лакею манто да переобулась в домашние туфли. В детской к той минуте уже сгущались тучи, и мать встретили радостными возгласами и гневными слезами.
Смею надеяться, что мой покорный друг, – иронии, которой Саша подчеркнула покорность графа, хватило бы на целый час разговора с другим человеком. – Не будет возражать против моей компании. Нет-нет, даже не вздумай вообразить, что я жду появления у своих ног второй тени. Я всего лишь хочу сказать, что и ты можешь всегда на меня рассчитывать. Впрочем, сомневаюсь, чтобы Михаилу Сергеевичу Карницкому было известно, что такое скука…
Двери бесшумно повернулись на хорошо смазанных петлях, и в гостиную важно вплыл чайный поднос, слишком значительный, чтобы за ним можно было разглядеть недовольное лицо мажордома. Александра ожидала чего-то подобного и, едва Риччи избавился от своей ноши, грозно свела брови, приказывая немедленно уйти. Ей было откровенно неприятно то, что за время отсутствия прислуга в доме настолько распустилась, и даже Риччи выходил из комнаты нарочито неспешно, словно бы ставя под сомнение решение хозяйки. Нет, непременно нужно поговорить с Иваном… Саша коснулась переносицы, проверяя, не осталось ли на ней морщинок, придающих ей донельзя забавный вид, и принялась разливать чай. Ей всегда нравилось это маленькое таинство, маленькое женское волшебство, хотя самый вкусный чай она пила ещё в детстве, когда они всей семьёй уезжали из России, и заваривал его старик-смотритель с выцветшими, смеющимися глазами под кустистыми седыми бровями.
Испанки? Как интересно, – она подала Мише чашку и вновь устроилась рядом, совершенно против правил приличия обнимая фарфоровый шедевр обеими ладонями. – И хорошо, что Вяземские будут, я скучала по ним. Жаль, что я ещё не знакома с Денисом Алексеевичем… Что он за человек, Миша? Катенька уверяет, что он чудо, но так говорит о своём брате каждая сестра, было бы странно услышать что-то иное.

+3

8

Ох, ma cherie Алекс, даже такой как Михаил Карницкий знает что такое скука,- тихо добавил граф после слов, произнесенных несравненной Александрой Воронцовой. Да уж, куда ему каждый раз быть в таком приподнятом настроении, как не при всех, кто его окружает - сестра, близкие друзья, знакомые и остальное общество. Только наедине с самим собой он мог даже немного поскучать, и поверьте, это чувство приходило незамедлительно к нему. И куда уж тогда ему было деваться? Только в кабинет к отцу. Только там, зарывшись в бумаги, карты и книги о кораблях и дальних плаваниях и экспедициях (войны мы не берем в расчет, ибо они были его любимым чтением каждый раз), Михаил мог затянуть неприятное до смятения чувство, забывшись в записях, рисунках и графиках. А уж если еще и отец появится, то и подавно можно забыться в разговоре с ним под бокал коньяка. Порой у него складывалось ощущение, что эта скука словно отрицательная черта мужчин в роду Карницких.
Граф молчал, раздумывая о некоторых особенно интересных "скучных" беседах с отцом, и внимательно смотрел как хозяйка разливала чай. Эти маленькие чашечки - Михаил чуть не поморщился. Нет, он любил чай ему нравился этот несравненный сервиз - ничего против всего граф не был. Просто каждый раз просить наливать чай он смущался, а ведь его он очень любил, что уж говорить. Вот почему вместо чашечки не налить сразу в кувшин? Свой чуть диковатый взгляд он подныл на лицо Алекс и только сейчас  заметил внимательность в ее глазах, тут же опустил обратно свою бровь, но потянул уголки рта вверх.
- Но куда нам будет скучать, когда самое интересное общество соберется в Двугорском, за триста верст от Петербурга, ты представляешь? Только усадьба и лес! И зайцы!
Тут уж он не смог сдержать восхищенный вздох и не выпить залпом из чашки горячий обживающий горло чай. Чуть сморщив лоб, он поставил чашку на поднос и посмотрел с улыбкой на графиню, спрашивающую его о друге. Кто такой Денис Бутурлин? Ооо.
- Денис Бутурлин, моя несравненная Алекс,- хитро опустив взгляд на ее сомкнутые ладони, обхватившие чашку, и тут же поднял его.- Как дворянин, могу сказать, что он человек с прекрасными манерами и правильными убеждениями. Как друг могу сказать лишь то, что Денис - это прежде всего человек. Ты понимаешь? Человек, преданный друзьям, своему слову и своим принципам, как и к закону. Поэтому его сестра Катрин ничего не преувеличивала. Он из нас троих - меня, Андрея и меня, самый спокойный, наверное. Хоть и успел помочь одной прекрасной юной девушке на балу - она упала в обморок.

+1

9

- Зайцы, и лисы, и волки, и медведи, - подхватила Саша, с некоторой тревогой глядя на друга, чьё бесстрашие, кажется, сослужило ему дурную службу. Пить горячий чай залпом - ай-ай-ай, Карницкий, разве можно так неосторожно? Впрочем, его гримаса успокоила женщину: не так всё и страшно, должно быть, если Миша сидит с видом куда более благостным, чем она ожидала и боялась узреть. А ведь мог бы смотреть исподлобья, смаргивая невольно выступившие слёзы, и безмолвно молить о помощи. Кажется, нынче на десерт будет мороженое, надо бы уговорить Мишу остаться и полакомиться лекарством... Александра Кирилловна вновь взялась за чайник, ловко управляясь с чужой чашкой, пока друг взялся восхвалять брата Катеньки. Редкое единодушие, которое проявляли в оценке молодого Бутурлина совершенно разные люди, не могло не радовать, и женщина прогнала те немногие крохи волнения, которые вызывала в ней необходимость так скоро покидать Петербург и знакомиться с новыми людьми. Чашка вновь заняла положенное место перед вдохновенно говорящим Карницким, а графиня, внимательно слушая, прихватила из вазочки сушёную вишню - лакомство отнюдь не изысканное, но очень её любимое. Нет, графиню Воронцову-Дашкову нисколько не трогало чьё-то неодобрение, но дружить с одним, а враждовать с другим, при том что оба её знакомых души не чаяли друг в друге, она терпеть не могла. Присутствие человека приятного в таком случае означает непременную встречу с тем, кого не очень хочется видеть, а избегать его приходится, принося в жертву радость общения с тем или иным знакомым. Оттого-то Саша хотела понравиться брату Катеньки и всей душой полюбить его, оказавшегося другом и её друзей.
Разговор постепенно свернул на описание бала и иных событий, что были пропущены Александрой. Немножко слухов, немножко понятных только им двоим шуток, немножко гипотез, своей лёгкостью и несерьёзностью похожих на воздушные замки, и ни капли злословия. Когда все безопасные темы были исчерпаны, Саша откинулась на спинку дивана и, чуть понизив голос, молвила:
- Миша, пора и честь знать. Немедленно признавайся, что стряслось, если ты явился сюда, не дотерпев до Двугорского и не решившись доверить дело бумаге.
Конечно, Карницкий мог явиться в дом на Английской набережной просто так, исключительно ради того, чтобы обрадовать её и позлить Риччи. Это нисколько не удивило бы графиню, благо, она и сама порой грешила визитами к другу исключительно ради тёплых и не слишком серьёзных бесед, порой рискуя высказать мнение о той или иной умной книге, что тайком таскала из библиотеки мужа. Но бывало и так, что Миша приезжал чернее тучи, и всей лёгкости, всей беззаботности, всего света, какой только был в Саше, едва хватало, чтобы перед ней вновь предстал её дорогой друг, чья ироничная улыбка сводила с ума не только трепетных барышень, но и чрезвычайно раздражала не слишком уверенных в себе и своих словах мужчин: кто разберёт, смеётся молодой граф или говорит всерьёз?

+2

10

- Миша, пора и честь знать...
Михаил посмотрел на графиню Александру Кирилловну и удивленно вскинул бровь. Нет, он всегда знал, что эта женщина всегда любила совмещать в разговорах и легкость и беззаботность, но и так же конкретика. Чего пришел? зачем появился? Нет, она так не спрашивала, даже бровью не вела такими вопросами, но Михаил прекрасно знал, что когда-нибудь она либо спросит либо наведет на мысль. Сейчас это было лишь словестно. Но на графа разве что действует.
- Как можно, Алекс?!- воскликнул в сердцах дворянин и для убедительности приложил руку к левой части груди.Р- Разве я люблю утаивать что-то от Вас? Даже Ваш Риччи не столь хороший умелец скрывать что-либо.
Полушепотом добавив для того, чтобы усмехнуться в едва проступающие усы, Михаил Сергеевич поставил чашку с уже вньв выпитым чаем на столик и хлопнул себе по коленям. Ну ладно, и то верно, любишь же ты постоянно отходить от темы, Мишка. Пришел по просьбе, явился по своим желаниям - что за характер. А характер как характер, кому бы было удобно просто приходить в гостик другу лишь потому, что его попросили. Он то уж точно не упустит случая и самому тут поболтать о чем-нибудь.
- Ла-а-адно, Александра, я скажу всё, признаюсь, повинюсь,- вздохнул он, посмотрев скучно на потолок гостиной, чтобы рассмотреть едва проступающие отсветы от солнечных лучей и скрестил руки на груди.- Мне просто так хотелось Вам поплакаться о своей тяжкой судьбе, Алекс. Мой отец - Вы знаете же моего отца, Алекс - вдруг неделю назад заговорил о женитьбе. Представляете? Мой. Отец. Который вечно утверждал, что профессия в жизни должна быть на первом месте. Нет, я не верю, что он устал уже от моей дружбы с... некоторыми лицами прекрасного пола и от... моих дружеских прогулок по местам Петербурга. И Анна. Ах эта сестра, она ведь всегда была на мое стороне, а тут! "И правда, Мишенька, ты слишком долго засиделся в холостяках. Когда ты приехал со службы?" Алекс, родители вечер даже организовали и пригласили всех.
Нет, это и правда было выше сил Михаила неудивляться на такие поступки отца. Хотя он точно знал, что не со своего решения он стал говорить всё это. Тут явно поработала своими тонкими пальцами и намеками хозяйка дома и мать двоих прекрасных, но не в меру активных уже взрослых детей - графиня Карницкая. Но это вновь не то! Карницкий!
- Но не будем вновь обо мне, иначе я прослыву отчаянным Нарциссом,- лукаво улыбнулся Михаил Александре и взял ее руку в свою. Перед этим намеренно посмотрел на дверь гостиной, чтобы убедиться, что она закрыта плотно, и лишь потом, уже без улыбки и с задумчивым видом, будто делает он это неохотно.- Поверь, если бы мне не дали эту вещь в руки с просто жаркой просьбой передать лично, я всё равно бы пришел. Но. Тут один человек... Некий Ваш воздыхатель, милая моя графиня, просил. да нет, что уж там, чуть ли не вопрошал меня передать кое-что в вашии прелестные ручки.
Да, это был чистой воды ирония и ревность. Ревность к тому, что кто-то еще напрашивался на дружбу к этой прекрасной женщине. И пусть этот некто будет трижды его другом. Но разве все мужчины не собственники? Вот и теперь. Михаил Карницкий с неохотой залез во внутренний карман мундира и достал оттуда письмо, на котором ровным  почерком было выведено "Графине Александре Кирилловне Воронцовой-Дашковой, лично в руки" и подпись - Монго Столыпин. Всё еще не отпуская руки графини, другой он ложил это письмо прмо ей в ладонь.
- Только он просил ничего не говорить, что он хотел сказать в этом письме, и вообще,- тихо продолжил он, бросаяя взгляды на письмо.- А то смотрите, вдруг он Вам там в любви будет признаваться. Тогда я буду к Вам весьма строг, ибо еще одного друга губить не позволю - меня достаточно и мне и Вам.
Ну что ж поделать - без простого и даже серьезного разговора всё проходит. Даже передача писем.

+2

11

- Не наговаривай! - Александра немедленно бросилась на защиту своего верного мажордома. - Риччи - один из самых честных и открытых людей, что я когда-либо видела!
Конечно, с "открытым" Саша хватила лишнего. Столь хорошо вышколенный, что превосходные, могущие вызвать зависть у иных представителей благородного сословия манеры уже давно стали его сутью, Риччи был похож не то на закрытую книгу, не то на запертый сундук. Немолодой итальянец с седеющими висками, восхищавший даже Её Величество, порой умел так взглянуть на графиню, что Александра Кирилловна едва сдерживалась, чтобы не опустить глаза, признавая за слугой право не одобрять её поступки и поведение. Но - сдерживалась и только краснела от стыда и неприятного чувства, которое следовало бы назвать злостью, будь оно в десятки раз сильнее. Немногословный и очень красноречивый, слуга и наставник, почти приятель, почти волшебник, Риччи по праву занимал особое место в доме Воронцовых-Дашковых, и графиня, хоть и позволяла Карницкому выводить его из себя, но никогда не допускала, чтобы между ними случились какие-то серьёзные размолвки, обиды, а то и вражда. Такой друг и такой мажордом были в Петербурге на вес золота, и Александра не могла пожертвовать кем-то ради удовольствия другого.
Когда Миша заговорил о своей тяжкой судьбе, левая бровь женщины непроизвольно выгнулась, едва-едва не приняв знак вопроса. Слишком уж необычны и неожиданны оказались жалобы - кто бы мог подумать, что Карницкий вдруг начнёт стенать о судьбе завидного холостяка? Впрочем, Саша была достаточно умна, чтобы понимать: завидным женихам завидовать как раз не стоит, их, бедняжек, стоит жалеть - но только очень тихо и изредка, дабы не вызвать у них недоумения, а у своего пола - неприязни. Некоторые господа на светских раутах выглядят так, будто слушают не весёлые разговоры, а зачитываемый им смертный приговор - ни улыбки, ни оживления в лице, ни свободы манер, один лишь страх в глазах, неприязнь к собравшимся и готовность в любое мгновение сбежать прочь... да хоть и через окно! Лучшие женихи России, тяготящиеся своими титулами и богатством так явно, что хочется добить несчастных, избавляя их от мучений. И ведь добивают! Александра в душе противилась охоте на женихов, которую тактично обзывали ярмаркой невест, и очень гордилась тем, что в своё время не имела к ней никакого отношения. Иван Илларионович сделал выбор, когда Сашенька Нарышкина ещё не выезжала и вообще находилась вне пределов империи, а потому и дочери своей графиня исподволь внушала мысль о том, что сохранение достоинства есть первейшая и важнейшая из добродетелей, необходимых для признания в свете.
- И что, была ли среди приглашённых на вечер хоть одна прелестная барышня, пленившая твоё сердце? - По тону Карницкого было ясно, что такой не было, но удержаться от лукавой улыбки Саша не смогла. - Впрочем, чему же ты удивляешься? Наши отцы и матери всегда мечтают взять на руки внуков, чтобы гордо сказать: "Наша порода!", хотя какая порода может быть в мирно спящем или, паче чаяния, кричащем от испуга младенце? - Александра пожала плечами. - Ты уже не мальчик, Миша. Мне даже удивительно, что всё началось так поздно, - Хотя Анна могла бы и смолчать, Миша обязательно отплатит ей тем же. - И когда закончится, решать тебе, ибо к алтарю придётся идти не кому-нибудь, а именно Михаилу Сергеевичу Карницкому. Иван Илларионович женился в сорок три года, так что у тебя, дорогой друг, времени предостаточно... Позволь один совет? Коли уж пойдёшь под венец на пятом десятке, не бери в жёны девочку шестнадцати лет. Из этого редко выходит что-нибудь путное.
При последних словах улыбка окончательно сошла с губ Александры Кирилловны. Нет, ей было грешно жаловаться на мужа и брак в целом, но всё же... Мечтательная женственность, свойственная всякой дочери Евы, порой брала верх над душевным спокойствием графини Воронцовой-Дашковой и вносила разлад в её спокойную и весёлую жизнь. По-своему любимая и по-своему любящая, она никак не могла смириться с тем, что любовь - живая, горячая, настоящая - для неё невозможна. Саша прекрасно понимала, что все её увлечения есть ни что иное как попустительство со стороны мужа, знающего, что чего-то действительно опасного для своего и его имени Александра Кирилловна не позволит. Бывало, о ней сплетничали, но никто не знал наверняка, а когда знали, то предпочитали молчать, ибо знанию никто не находил подтверждения в поведении графини или того, кто заслужил её благосклонность. А ведь Саше очень повезло: ей оказалось достаточно родить наследника и на том всякие проявления чувств, выходящие за рамки дружеской привязанности, прекратились. Нет, совершенно точно: ей очень повезло оказаться женой Ивана Илларионовича.
- Зачем же губить, Миша? Я что же, Артемида, а этот воздыхатель - Актеон? - Александра улыбалась, но несколько натянуто, предчувствуя несколько неприятных минут, потому что никого из своих поклонников, которые могли бы требовать от Карницкого передать ей письмо, она видеть не желала. Вложенная в руку бумага немилосердно жгла пальцы и, извинившись, она поднялась и отошла к окну, забыв о том, что Михаил преувеличенно внимательно рассматривает опустевшую чашку.
"Графине Александре Кирилловне Воронцовой-Дашковой, лично в руки. Монго Столыпин"
Правду говорят, что от любви люди глупеют. К чему был этот полный титул, к чему обязывающая к излишнему любопытству приписка, к чему, в конце концов, имя, дозволенное лишь друзьям? Хаос и бессмыслица, иллюстрировавшие чувства, которые должны были владеть Алексеем после их расставания. И само письмо - всего лишь известие о желании издать сочинения покойного друга в Париже, но обрамлённое страстными признаниями, обвинениями, мольбами. Не сразу поймёшь, что же на самом деле он хотел сказать: то ли просил взглянуть на французский перевод "Героя нашего времени", то ли просто нашёл повод написать Александре любовное письмо так, чтобы она не отправила его в камин сию же минуту. Она вздохнула, складывая бумагу. "Я буду весьма строг..." Мише не придётся судить за то, что уже давно отжило и отгорело, пусть Саше и продолжают исправно доносить о мучениях Столыпина. Алексею было мало всего: щедрая душа, он и от остальных требовал той же открытости, той же смелости - по крайней мере, в любви. Но он был - Алексей Аркадьевич Столыпин, а она - сама графиня Воронцова-Дашкова, и, не в силах смириться с нежным безразличием и дружеским расположением, Монго изводил себя любовью к ней, уже успевшей увлечься другим. Есть женщины, что верны своей неверности, а я не могу быть верной без чувств и вопреки своим желаниям. Отчего?..
- Благодарю, мой друг, - чопорно произнесла Саша. Волнение выдавали только яркий румянец да чуть участившееся дыхание. - Не буду мучить тебя обязанностями почтальона, не надо бояться. Если твой друг окажется нетерпелив, скажи, что ответ будет позже.
Спрятав письмо под одну из бронзовых статуэток, стоявших на каминной полке, женщина вновь устроилась на краешке дивана и, выбрав в вазочке с конфетами самую вкусную на вид, принялась осторожно разворачивать шуршащий фантик.

+2

12

- Пленить мое сердце сможет только особенная, Алекс, и честно говоря, повидав множество из множеств, уже перестаю надеяться на эту встречу,- усмехнувшись высказал он свои давнишние мысли. И ни слова не утаив от друга, с которой он ощущал себя не тем Михаилом Сергеевичем, плутом и повесой, а простым, тянущимся порой к разговорам по душам. И тянулся сейчас она именно к Александре Кирилловне Воронцовой, хоть и по причине простой передачи чужого письма. Искорки вопросов мелькали в его глазах, но он оставался спокойным и бесстрастным гостем.- Даже Полина Сергеевна мне постоянно твердит, что с такими запросами мне только на статуе жениться и то найду в ней изъян. Ахахах! Алекс, неужели я настолько жутко придирчив? Неужели из-за этого меня половина общества готово прозвать Казановой? Ну. Вот такой я. Может, Полина и права. Но обещаю, что жениться до сорока лет я всё же успею - кто-то из княжон или графинь найдется умнее меня самого и тогда поминай холостого Михаила Сергеевича Карницкого.
Он развел руками и невольно рассмеявшись, натянуто и опасливо, что и говорить, такая щекотливая тема, особенно если Алекс сама - молодая красавица-жена, муж которой старше ее на двадцать пять лет, если не больше. А похоже, что и больше, но для него это было не важно - раз он был вхож в дом графини и ее мужа, значит он может быть с ней и быть ей хорошим другом и прекрасным собеседником, украшать ее время так, как ей это захочется и любые разговоры будут приняты им беспрекословно.
- Зачем же губить, Миша? Я что же, Артемида, а этот воздыхатель - Актеон?
Михаил склонил голову, словно думал над этим смыслом, но потом с неохотой, но высказал.
- Ну-у-у, он то может быть и Актеон, но вы хоть и не Артемида - луки и стрелы? Пф, они не для ваших ручек, только вот Афина из вас прекрасная. Мадам? Вы любите сов? Сова бы вам очень пошла,- он встал с диванчика и прошел за спину графине, чтобы поставить свою чашку на стол и, шепнув на ушко, с уже более натуральным смешком, поцеловав ручку.- Знаете, такая маленькая сова, вся пушистая, в перьях, тут и платка не понадобится - греть и так будет птица эта.
Взяв из тонких пальчиков шуршащую обертку, он коснулся ею кончика носа, словно вдыхал аромат, но он всего лишь вновь шутил и вел себя, словно безобразный брат. Ну ведь так он себя и ощущал. Анна бы на него сейчас немедленно бы прикрикнула да и выговорила что-то в своем духе. Так и продолжая шуршать, словно кот игрушкой, оберткой от конфеты, юный граф вернулся на свое место, но вместо этого сам налил в чашки чаю и, после этого лишь тронул чайник, прицокнув.
- От, подостыл уже. Так, о чем я? Ах, да. Александра, обещаю передать, и бояться не буду. Но вот волнение. О тебе и его ненавязчивом усердии быть поклонником. Но я знаю твой характер, и поэтому лишь не предпринимаю своих лишних действий и наблюдаю со стороны.

Графиня, прости за вопрос, но... мы уже будем закругляться?

+2

13

- Ей-богу, Миша, ты меня захвалишь, и я совсем перестану замечать людей вокруг, - Александра Кирилловна делано нахмурилась, но лучезарная улыбка выдавала тёплое чувство, вызванное словами графа. – Задеру нос, однажды наступлю на подол собственного платья, упаду в лужу и выставлю себя на посмешище. Нехорошо, очень нехорошо, а всё оттого, что граф Карницкий вздумал мне польстить. Да и голубка мне подойдёт больше, хотя сова теплее.
Саша по-детски прыснула, стараясь сдержать на смех. Как же она любила Мишу Карницкого! Куда сильнее остальных своих друзей, а сравнивать с братьями и вовсе не стоило, хотя порой это весьма печалило её. Михаил Сергеевич на людях, Мишенька в минуты невинного уединения, он был самым дорогим и редким даром, который судьба способна послать человеку. Сашенькин дорогой друг, лучший друг, которому можно поверить любую тайну, любую радость и любую обиду, и порой она задавалась вопросом: за что ей такое счастье, ведь графиня не сделала ничего достойного? Всё в ней было просто и обыкновенно, а вот друг у неё был на удивление замечательный.
- Погоди, я велю принести ещё чая, - встрепенулась Александра, но её собеседник уже говорил о других, более занимательных с его точки зрения вещах. Другом он был не только ей, поэтому беспокойство за Монго было вполне объяснимо. Но как объяснить, как вытравить из чужого сердца любовь, уже отведавшую счастье взаимности и лишившуюся его в самый яркий и радостный миг? Не приведи Бог так любить, а ведь до выздоровления так далеко! Но, не желая больше чувствовать себя виноватой, графиня только кивнула, участливо принимая деликатную тревогу Миши, и заговорила о других вещах, благо, повод был вполне достойный: отсутствие в столице в минувшем месяце. Конечно, о поездке в Тамбовскую губернию Саша могла бы рассказать и раньше, на одном из многочисленных вечеров и балов, даваемых в эти дни в Петербурге. Но несколько минувших дней графская чета, по настоянию Ивана Илларионовича, провела у старой графини, которая с жаром обсуждала с сыном дела. Маленькая Ирина, порой забывая сердиться на мать, просила Александру разрешить ей присутствовать рядом с бабушкой и отцом в минуты переговоров, но она не могла ей этого позволить. Старшая Ирина Ивановна считала невестку недостаточно умной женщиной, впрочем, Саша не слишком этим тяготилась, особенно в первые годы брака, а сейчас её больше занимали дети, нежели виды на урожай и невыплаченный оброк.
Время за разговором летело незаметно, и появление Риччи, возвестившего о поданном в столовую ужине, стало полной неожиданностью. После недолгих уговоров граф Карницкий остался, как бы ни желал мажордом его скорейшего исчезновения, и Александра получила ещё немного времени для беззаботной радости. Хозяин дома и гость быстро нашли общий язык, мирно споря о книгах, и, как бы ей ни хотелось высказать своё мнение об одном из учёных трудов, Саша молчала: мужу совсем необязательно было знать, какие книги она читает в его библиотеке. Лучше попросить о встрече Мишу, когда иссякнет терпение, и наговориться вдоволь, ободряемой насмешливым карим взглядом и доброй улыбкой. Они распрощались после десерта, и, хоть малиновое мороженое нынче удалось на редкость хорошо, удерживать подле себя графа Карницкого было непорядочно. У её дорогого друга наверняка хватало дел, да и гардеробная Александры Кирилловны похожа на поле брани. Дождавшись, пока силуэт всадника исчезнет в морозной темноте, она отошла от окна и с тихой улыбкой отправилась наводить порядок в царстве шёлка и бархата. На это, к сожалению, никто кроме неё не решался.

+2


Вы здесь » Петербург. В саду геральдических роз » Завершенные истории » 5.01.1843. У меня долги перед друзьями, - а у них зато - передо мной


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC