ИМИ ГОРДИТСЯ СТОЛИЦА

---------------------------------------
ЭПИЗОД МЕСЯЦА: «Ne me quitte pas»

ИСТОРИЯЗАКОНЫЧАВОРОЛИ
ВНЕШНОСТИНУЖНЫЕ

АДМИНИСТРАЦИЯ:
Александра Кирилловна; Мария Александровна.


Николаевская эпоха; 1844 год;
эпизоды; рейтинг R.

Петербург. В саду геральдических роз

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Петербург. В саду геральдических роз » Санкт-Петербург » 28.02.1844. Моей душе покоя нет


28.02.1844. Моей душе покоя нет

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Душа полна неясной смутой. Меня спасут чуть-чуть поздней.
Жизнь перечеркнута минутой, минутой слабости моей.
Евгений Красавцев.

I. Участники: Леонид Шувалов, Мария Каменская.
II. Место действия: квартира Каменских в доме Лопатина (Невский проспект, 68, бельэтаж).
III. Время действия: 28 февраля 1844 года; среда.
IV. Краткое описание сюжета: ...

Отредактировано Леонид Шувалов (2018-02-22 09:10:39)

+1

2

Леонид вышел из кибитки, потирая озябшие пальцы. Раньше ему не бывало так холодно. Шумно выдохнув, он сунул руки в карманы пальто и, скользнув ногой по обледенелой дороге, подошёл к дверям дома. Его встретил лакей, чтобы принять одежду. Сбрасывая с себя пальто, граф заметил, как мимо суетливо пробежал кто-то из прислуги, но не обратил на это внимания.
Нанести Каменским визит Шувалов собирался уже давно и примерно полторы недели назад Александр Васильевич сказал другу, что возможно и лучше будет сделать это где-нибудь в конце месяца, когда Марии Васильевне наверняка станет лучше. Признаться, после того момента Леонид не связывался с Каменским и в итоге не предупредил о своём прибытии. Но на то у него была своя причина, и если бы никого не оказалось дома, он бы понял, что спонтанное решение его бессмысленно. Впрочем, и теперь, когда мужчину провожали в гостиную, он сомневался в своих действиях, а оставшись в комнате один, не торопясь садиться в кресло, вовсе впал в неловкую задумчивость.
Леонид не понимал, почему душевная боль толкнула его именно сюда, именно к ней. Он боялся того, что собирался сделать, но знал, что держать это в себе ему уже не под силу. Шувалов мучился. Он чувствовал себя беспомощным в своей беде настолько, что не мог ни есть, ни спать. И стоя сейчас у кресла гостиной, глядя будто в пустоту, думал, что привело его сюда, почему он так жестоко хочет вовлечь в свою боль и без того израненную душу?
За спиной послышались тихие, осторожные шаги. Леонид обернулся.
- Здравствуйте, Мария Васильевна, - сдавленно произнёс он, не двинувшись с места.

Отредактировано Леонид Шувалов (2018-02-26 08:18:23)

+1

3

Когда ей доложили о визите графа Шувалова, Мария Васильевна занималась воротничками. Осторожно вытащив невесомое кружево, белоснежное и хрустящее от крахмала, из ящика комода, она перекладывала его в кофр под пристальным взглядом тётушки. Елизавета Андреевна пила чай вприкуску с многочисленными распоряжениями, пристально следила за сборами в дорогу и, суетясь на словах, на деле сохраняла полное самообладание. Тётушка Аршеневская прочно обосновалась в кресле и не собиралась его покидать, поэтому на вопросительный взгляд племянницы махнула рукой с зажатым в ней платком, мол, иди, как-нибудь я уж справлюсь.
Елизавета Андреевна приехала в столицу за три дня до Рождества. К тому времени жизнь и здоровье Марии уже были вне опасности, но дом Каменских по-прежнему полнился страхом, тоской и каким-то пугающим чувством сиротства. С присущим ей рвением тётушка Аршеневская навела порядок, стремительно сдружилась с врачом, заменившим доктора Виллена, и приструнила всех без исключения отпрысков кузины, однако, взявшись за Марию, потерпела сокрушительное поражение. Воевать с ней было всё равно что бросать копья в море, а потому всю бесконечную петербургскую зиму Елизавета Андреевна была подвержена сомнительному удовольствию наблюдать человека, который был во всём ей послушен, но принадлежал лишь себе и своим горестным думам.
- Леонид Андреевич, как же я вам рада, - Мария подошла к гостю и коснулась его руки. Пальцы её были холодны, лицо оставалось бледным, и в приветливых словах не было той бьющей ключом радости, что полагалось демонстрировать после долгой разлуки. Но в голосе было неподдельное тепло, и пожатие руки было ласковым, полным участия. Шаль, в которую куталась графиня, соскользнула с плеч, задевая пушистыми кистями Леонида Андреевича, и Мария виновато улыбнулась, сама не зная, в чём её вина перед этим добрым и славным человеком.
- Прошу, садитесь. Я попросила подать чаю, вы не возражаете?.. - Она всматривалась в лицо графа Шувалова, близоруко щурясь. Пасмурная погода нагоняла в гостиную полумрак, но чем дальше, тем больше она убеждалась, что гость их дома выглядит хуже обычного. Его будто терзала какая-то болезнь, и, решившись, Мария наконец спросила: - Леонид Андреевич, вы здоровы? Прошу прощения, если мой вопрос неуместен, я не хотела вас обидеть, но... У вас что-то случилось?

+1

4

Холод пальцев кольнул озябшие руки. В редкие встречи с Марией Васильевной, во время случайных, неловких прикосновений Леонид всегда хотел укрыть в своих ладонях эти тонкие пальцы от холода. Теперь же ему едва ли хватило бы тепла сделать это.
Бахрома шали погладила руку. Было в этом что-то утешающее. Заметив на лице Каменской лёгкую, виноватую улыбку Шувалов возненавидел себя.
- Леонид Андреевич, вы здоровы? - голос её до боли участлив. - Прошу прощения, если мой вопрос неуместен, я не хотела вас обидеть, но... У вас что-то случилось?
Мужчина вдохнул, собираясь сказать то важное, зачем пришёл, но тут же одёрнул себя, столкнувшись с небесными глазами графини, и сделал широкий шаг назад, отвернувшись.
- Я ужасный человек, Мария Васильевна, - чуть слышно проговорил он.
В эту минуту поднесли чай. Дождавшись, когда служанка уйдёт, Леонид, не смея оборачиваться продолжил:
- Я действительно не здоров... и не знаю, что мне делать, - после короткой паузы, он развернулся и, сделав шаг обратно к Каменской, быстро и твёрдо добавил: - Я напрасно пришёл к вам, - мужчина мотнул головой, тоска отразилась в его взгляде. - Простите меня.
Тяжело выдохнув и отведя взгляд, Леонид обошёл графиню и направился к выходу.
- Жестоко вовлекать в свою боль того, кому и без того плохо, - рассудил он вслух. - Жестоко...
Мужчина остановился на пороге и обернулся, прижав к груди руку. Мука исказило его лицо:
- Умоляю, простите!

Отредактировано Леонид Шувалов (2018-05-16 05:14:03)

0


Вы здесь » Петербург. В саду геральдических роз » Санкт-Петербург » 28.02.1844. Моей душе покоя нет


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC